Часть 7
Каждый поступок оставляет неизгладимый след в судьбе человека, и поступок этот хорош для других и плох для иных. Череда поступков может привести как к великому и светлому, также и сбросить глубоко в бездну, холодную и темную. Но парадокс был в том, что и после взлета, и после падения в ничто, человек продолжает свой путь из поступков, делает выбор и движется вперед. До тех пор, пока под кожей бьется пульс, а кислород бежит по венам, питая разум, человек движется вперед и делает выбор. И каждый шаг, каждый новый выбор, может перевернуть все с ног на голову в одночасье.
Великая философия равновесия и баланса в случае Анны трещала по швам. Возможно, от рождения ее сопровождала звезда несчастий, возможно, прошлое оставило ей свое тяжкое наследие и количество нечастных случаев и поворотов не туда перешло все допустимые нормы, но даже сама она уже не могла оценить и взвесить свою жизнь объективно, потому и задумываться, как оказалась в такой ситуации, перестала давно. Почему путь ее поступков привел ее именно сюда, к загадке по имени Крис Гордон, она не знала. В очередной раз лишь убеждалась, что объект ей попался отнюдь не простой.
Когда в назначенное время вернулась в квартиру – никого не было. Прошлась по пустым комнатам, проверила на всякий случай, мало ли, а вдруг свалился с ног от усталости, но ничего не нашла. Комнаты дышали тишиной в вечернем сумраке.
- Крис? Тай? – все равно позвала, хоть и понимала нелепость этой затеи.
Куда он мог пойти? Исчез, ни слова не сказав. Если он и попал в неприятности – оно и лучше, Анне тогда не придется и дальше участвовать в этом фарсе, но вот иррациональное беспокойство все равно кошкой скреблось в груди.
Выбежала из квартиры и спустилась вниз. Консьерж услужливо ответил, что Крис уехал днем на такси. С того момента прошло уже более пяти часов, потому повод для беспокойства действительно был. Она поблагодарила консьержа и вернулась в квартиру. Достала свой телефон и набрала Рича.
- Слушаю, красотка, - сонным голосом ответил он. – Что стряслось, свет очей моих, коль ты звонишь мне в этот час?
- Кончай паясничать, Рич, у меня проблема.
- Оп-па, весь во внимании, - сонливость его вмиг рассеялась.
- Я потеряла объект, - сквозь зубы выдавила из себя, понимая всю нелепость ситуации. – Можешь найти его?
- Айн момент, - Рич застучал пальцами по клавиатуре, отчетливо слышно щелкнуло колесико зажигалки. – Ты потеряла слепого? – едва сдерживаемый смех проскальзывал в интонациях, и даже не видя, она прекрасно представляла его ехидную ухмылку. – М-да…
- Будешь смеяться – я тебя потеряю, - зло рыкнула в ответ, - куда его понесла нелегкая?
Анна наматывала круги по гостиной, едва сдерживая раздражение. Впервые в жизни ей хотелось бросить все и просто сбежать. Безосновательно, это задание выбивало ее из колеи, заставляло испытывать чувства. Тревожный звоночек, ей бы прислушаться к нему и бежать сломя голову прочь, да вот контора держит слишком прочно, так, что и не продохнуть.
- Пташка твоя улетела в квартал к мексиканцам, а там, ты знаешь, камер нет. Связаться с Реми, пусть присмотрит?
- Хорошо, дай знать, как он его обнаружит.
Анна отключилась.
Мексиканский квартал… самый неожиданный выбор, который только мог быть. Она и не подумала б искать Криса там. Что он мог забыть в забытом богом месте? Анне было не понять, что для Криса бога там было больше, чем где-либо еще.
Она прошла к стойке с дисками и пальцем провела по корешку. Один ряд привлекал внимание – коробочки без названий, только даты на белом фоне. Достала самый старый и вставила в проигрыватель. Устроилась перед экраном на ковре, подтянула колени к груди. Вскоре синий экран мигнул и началось воспроизведение. Шумный коридор, толпа танцоров и танцовщиц, снующих туда-сюда. Вот оператор входит в боковую дверь и гул толпы стихает. Тесная гримерная, куча коробок, сваленная в угол одежда. Перед зеркалом сидит Крис и наносит сценический грим. «Эй, я еще не закончил!» - возмущается он, бросая в оператора полотенцем, закрывая камеру. Один кадр, а будто окно в другой мир. Таким Анна Криса не видела никогда – ни на выступлениях, ни на снимках. Показное ворчание, а во взгляде живых, выразительных глаз плещется бесконечный океан теплоты и счастья. Ни капли раздражения, игривость и обещание. Просто взгляд, а будто только что душу обнял с экрана. Обнял, согрел и вывернул на изнанку белозубой улыбкой и трепетными ямочками. Следующий кадр – сьемка уже из-за кулис. На сцене – искушение и грех. Демон страсти. Музыка – невидимая партнерша, что горит под кожей смесью румбы и фламенко. И если минутой ранее, там, в гримерке, он казался солнечным лучом, нежным и теплым, то сейчас на сцене пылало уже солнце, обжигающая страстная звезда.