Существо, с серой кожей, сквозь которую просвечивают темные вены, крутит головой в разные стороны, прислушиваясь к звукам.
Он похож на человека, но лицо слишком обезображено. В темноте трудно разглядеть шрамы это или ожоги. Глаза безжизненно серые. Я понимаю, что он слепой, именно поэтому имеет повадки зверя.
Я медленно двигаюсь назад, заставляя оцепеневшее тело шагать.
Существо наклоняется к земле, как будто готовится к прыжку, оголяя острые зубы.
В голове внутренний голос вопит: «Беги!». И я срываюсь на бег.
Ещё никогда я так не боялась за собственную жизнь. А ещё страшно за маму. Что с ней будет, когда она узнает о моей трагической смерти.
Бегу, а у самой слезы в глазах застывают от холода. Ноги утопают в листве, и кажется, что вот-вот меня настигнет существо.
Легкие обжигает ледяной воздух, который я с отчаянием глотаю. Бегу и думаю лишь о том, как бы выбраться из этого лабиринта одинаковых деревьев.
Спиной чувствую дыхание существа и противный, тошнотворный запах гнили. Он настигает меня.
Из глаз брызнули слёзы и я подумала, что это мой конец. Вот так быть убитой ни за что. В газетах напишут, что меня загрыз зверь. А моя мама, моя милая мамочка…. Не успеваю додумать. Кто-то хватает меня за руку и резко сносит в сторону и припечатывает к стволу дерева спиной.
От испуга зажмуриваю глаза и рефлекторно отворачиваюсь, ожидая расправы. Но ничего не происходит.
Открываю глаза и взгляд упирается в руку. Слава Небесам, человеческую. Замечаю знакомую печатку, которую видела на руке у профессора Гранта.
Медленно поворачиваю лицо и от удивления шумно выдыхаю. Не могу поверить своим глазам и таращусь на профессора.
- Тихо, - произносит едва слышно и прислоняет палец к губам. Я плотно смыкаю свои губы, только бы не издавать лишних звуков.
Мистер Грант выглядывает из-за ствола, продолжая нависать надо мной. Проверяет, ушла ли тварь.
Его руки расположились у моего лица, упираясь в ствол дерева. А тело полностью закрыло меня, отчего я не видела ничего, кроме самого профессора.
Мужчина находился так близко, что я чувствовала исходящее от него тепло.
Мои руки замёрзли так сильно, что я готова была протянуть их и прикоснуться к горячему мужскому телу. Но передо мной находился мой преподаватель, хоть и временный.
Стоп. А что он тут вообще делает?
Я с интересом рассматривала профессора, еще раз отмечая его привлекательность. Правильные черты лица, густые брови и длинные ресницы, которые обрамляли карие глаза. Вблизи он казался совершенным. Или у меня мозги атрофировались.
Удивительно, но в данной ситуации я не чувствовала страха в его присутствии, наоборот, исходящее от него тепло вселяло надежду, что я спасена. Я чувствовала безопасность, находясь в его руках.
От этих мыслей, кровь хлынула к щекам, оставляя мои конечности в ещё более печальном состоянии.
Сам же профессор не выглядел напуганным… И меня продолжает тревожить вопрос, что он здесь делает?
Мужчина перестаёт разглядывать темноту и возвращает внимание на меня. Смотрит так, словно сам готов меня убить, и я готова забрать обратно свои слова о безопасности.
Чувствую себя крошечной под этим взглядом. Начинает трясти, то ли от холода, то ли от пережитого ужаса.
Профессор отталкивается от дерева, выпрямляется и снимает своё пальто. Не могу пошевелиться, продолжая прислоняться к стволу дерева. Ноги налились свинцом от усталости.
- Ты замерзла, - говорит тихо и надевает на меня пальто, помогая засунуть руки в рукава, словно я ребёнок.
Одежда профессора пропитана его запахом. Тяжёлый аромат парфюма, напоминающий запах дыма или костра, наполнил легкие и внутри стало тепло, как если бы я действительно находилась у костра.
- Спасибо.
- Идти можешь?
Кивком отвечаю на его вопрос. Мужчина ещё раз осматривает меня цепким взглядом и протягивает руку.
Нерешительно вкладываю свою ладонь в его. Мои ледяные пальцы касаются горячей кожи и меня словно прошибает током.
Мужчина тянет меня на себя, помогая встать на ноги, и видимо не рассчитывает силу, поскольку я врезаюсь в его грудь.
Глава 14
- Ты как? - его руки ложатся на мои плечи и мягко отстраняют от мужского тела.
- Нормально, - сиплю я. А сама понимаю, что не нормально.
Меня накрывает осознание случившегося и трясёт уже точно не от холода. Хочется разреветься. Я ведь чуть не погибла.