Мы распрощались с гостями, и под лукавые улыбки, а местами даже смешки, удалились в тишину. Оказавшись в безлюдном коридоре, я позволила себе шумно выдохнуть и прикрыть глаза, перестав глупо улыбаться, словно молоденькая безумно влюбленная дурочка. Скулы уже сводило от постоянных улыбок, казалось, несколько следующих недель я не захочу больше повторять это.
- Тишина, - благоговейно прошептала я, наслаждаясь отсутствием гула, который ещё минуту назад меня окружал, а сейчас лишь фонил, с каждым шагом становясь всё тише и тише. От гула даже голова начала болеть, но я рада была оставить этот рассадник шума. Всё же такие скопления людей очень напрягали. Не знаю, как нечто подобное постоянно выдерживали Алесса и Мирта. - Никогда не думала, что буду мечтать о тишине.
- Ты отлично держалась весь вечер, - с одобрением сказал Киллиан через некоторое время, когда я почти забыла, что он рядом.
Было весьма гуманно с его стороны позволить мне насладиться покоем. Я открыла глаза, подняла голову и посмотрела на своего фиктивного супруга. Свет факелов позволял видеть его лицо, но толку от этого все равно было мало, он был мастером притворства, и за маской счастливого жениха, которая всё еще была на нём, я не видела его настоящего, или хотя бы того, кого знала раньше.
Я прислушалась к его эмоциям, он был заинтригован, остальные чувства были смешанными и слабо читаемыми. Сколько бы я ни тянулась к ним, едва могла их распознать, словно он знал, кем я была на самом деле и специально прятал чувства, чтобы я до них не добралась. Он даже в эмоциях был непредсказуем, равно как в словах и поступках.
Вот что значили его комплименты? Сначала один, теперь другой….
- С тобой мне явно не сравниться, - улыбнулась я, хотя казалось, новая улыбка как минимум до утра не появится на его лице, но в кои-то веки мне не хотелось с ним спорить. Мы сейчас были на волне странного взаимопонимания. Это ощущение было новым, непривычным, и мне захотелось подольше сохранить между нами, хотя бы ради разнообразия перестать спорить. - Я почти поверила, что ты счастливый жених.
- А почему мне им не быть? С твоей подачи я получил возможность утереть нос Рольду, а также наследство, как твой муж, на которое я и не рассчитывал, - подмигнул кузен, пропуская меня в мою же башню. Казалось, он уже был владельцем этого замка, а ведь раскрыть настоящее завещание нам еще только предстояло. Мы стали подниматься по ступеням, и в полумраке винтовой лестницы я почувствовала себя странным образом незащищенной, хотя казалось, я сейчас была рядом с человеком, который в этом жутком мире относится ко мне серьезно.
Часть меня желала, чтобы он развернулся и ушел, оставив меня этой ночью одной, но я прекрасно понимала, что это невозможно. Молодым супругам полагалось провести первую брачную ночь вместе. Пусть этот брак не был настоящим, но об этом знать никто не должен был. Поднимаясь по ступеням и слушая мягкие шаги за спиной, я поняла, что сильно опасалась оставаться с ним наедине, но при этом понимала, что если отправлю его куда-то в иное место - это всё уничтожит.
Я пропустила Киллиана вперед, остановившись напротив гостиной, но к моему удивлению, он проигнорировал её и, обойдя меня, стал подниматься выше. Я едва не попросила его остаться в нижней комнате, слова почти слетели с моих губ, но я вовремя вспомнила, что ключи от башни были еще у Дом и у управляющего. Любой мог заглянуть к нам, и каково же было бы их удивление, если бы они обнаружили жениха не в постели своей невесты, а в гостиной. Для кого имел бы значение устроенный нами спектакль, если бы к утру все знали, что мы спали в разных комнатах? Всё пошло бы только насмарку. Я представила даже ухмылку Рольда, когда он получил бы возможность признать брак недействительным.
Молча поднявшись в спальню, я присела на кровать, и ощущая всю неловкость ситуации, предпочитала смотреть куда угодно, но не на Киллиана. Прежде ни один парень не был в моей комнате, ни в этой, ни у родителей, ни в доме Алессы. Даже Гриффин, и тот не переступал порог любой из моих комнат. Это позволялось разве что Корину, но он был моим дядей, и его я в счёт не брала. Гриффин не был даже у меня дома, что же касалось комнаты в доме Алессы, то в особняке бабушки он старался вести себя максимально прилично, желая понравиться ей. Пусть эта комната и была временной, но всё равно на эти месяцы стала моей. Я успела к ней привыкнуть. Вторжение в неё мужчины, пусть им и был мой фиктивный муж, казалось чем-то удручающим. Сама мысль о сне с мужчиной в одной комнате смущала меня. Пусть Киллиан и переносил меня во время лихорадки, мы путешествовали вместе, но сейчас мы были оба здоровы и в полном сознании.