- Я и забыл, какая ты колючая, - парировал Киллиан и вывел жеребца за ворота на широкую грунтовую дорогу, ведущую в город. Я ожидала, что он свернет направо и поведет нас в лес, но он решил иначе. Следовало ожидать, что есть более короткая дорога, чем скакать через город, но, если он сделал так, значит, что-то запланировал. Кузен заметил мой поворот головой, когда я отвернулась от боковой дороги и посмотрела перед собой, стараясь рассмотреть путь, которым он решил меня повезти. Любопытство победило недоумение, и мне стало всё равно, почему он так решил, ровно до того мгновения, пока не ответил, - Думаю, ты захочешь заново познакомиться с Крассом. До того, как Рольд посадит тебя под замок в Караине.
- Зачем ему это делать? – я слышала о том, что в Мармандисе лэрды, образно конечно, но запирали в родовых замках дочерей, которые почти никогда не покидали их пределы вплоть до замужества, а после с ними таким же образом поступали мужья, и, в отличии от свободных женщин простого происхождения и даже крестьянок, они почти не имели права не то, что принимать решения о своей жизни, но и выбираться за пределы поместья без разрешения, которое им редко представляли, и они были вынуждены всё время жить взаперти.
- Затем, чтобы укротить тебя. Ты слишком норовистая, а он не знает, что с такими как ты делать, - объяснил Киллиан таким тоном, будто я не понимала очевидного, но мне всё равно казалось такое отношение мармандцев к женщинам странным. То ли они предпочитали их прятать, то ли их вообще не заботило мнение слабой половины населения, и они редко с ним считались.
- Это ещё не повод…, - я запаниковала, боясь себе даже представить, что буду делать, если меня, как девицу из детских сказок, запрут в башне. Мне нужно было иметь доступ ко всему замку, и к людям в частности, а подобные ограничения только добавили бы проблем. Мне было бы достаточно одного поместья и прилегающего к нему поселения, но если Рольд ограничит мое перемещение, будет куда сложнее обследовать территорию, и выполнение практического задания грозилось затянуться если не на несколько дополнительных месяцев, то хотя бы на несколько недель.
- Если твой отец позволял тебе многое, это не значит, что Рольд будет вести себя так же, - я и сама знала, что всё обстоит именно так, и все же лучше проверить самой, каким был мой временный дядя, чем судить о нём со слов кузена, который и меня то едва терпел, - но может он и смягчится, если ты проявишь достаточно беспокойства и сострадания к его умирающему сыну.
- Значит у меня есть ещё кузен? Твой брат?
- Не больше, чем тебе, - спокойно ответил он, не отвлекая меня от изучения города.
Киллиан вел скакуна неспеша, и я могла рассмотреть окраины Красса. Как оказалось, дом Караинов располагался почти за чертой города, подальше от городского шума, и судя по окружающим нас домам, а в особенности дорогам, которые при более близком рассмотрении отталкивали своей неухоженностью и грязью, это было взвешенным и хорошо обдуманным решением. Всё выглядело не так привлекательно, как казалось с холма, и я подозревала, что чем дальше, тем хуже. Ко всему прочему, ещё примешался и гнилой запах, будто рядом с нами находится свалка, но я быстро вспомнила, что для подобных городов он был обычным. Гигиена города, мягко говоря, оставляла желать лучшего, - Моя мать была сестрой твоего отца и Рольда.
- Значит, ты не Караин, - осенило меня, почему в скупых данных Старейшин о семье Астории не было ни слова о Киллиане, его просто не взяли в расчёт, так как он не был Караином.
- Как сообразительно с твоей стороны, - спокойно ответил кузен, но в его голосе отчётливо слышалась насмешка, которую он и не пытался скрыть. Я едва улыбнулась, поняв, что уже начинала привыкать к его насмешкам, надменному голосу, и только его проявление человечности казалось мне неестественным, не вписываясь в типаж плохого парня, которым он, несомненно, пытался казаться.
Я притихла, так как мы выехали на центральную дорогу Красса, как любезно подсказал мне кузен, несложно было и самой догадаться, здесь как раз начиналась деревянная брусчатка, которая для Мармандиса была слишком дорогой, и её могли позволить себе только богатые города, и то только в центре, и немного повернувшись в седле для удобства, я стала рассматривать то, что по местным меркам считалось гордостью. Дома и правда здесь были больше и красочнее, с тонкой и искусной работой мастеров, которые уделяли много внимания каждой детали, вырезая узоры на ставнях и стенах. Ни одно строение в городе не было выкрашенным, всё было в натуральных оттенках древесины, но архитекторы находили способ выделить каждый дом и сделать его непохожим на остальные. На уникальности красоты деревянного города, разбавленного зеленью деревьев и кустарников приятное впечатление заканчивалось.