- Я была бы тебе очень благодарна, если бы ты помогала мне некоторое время. Я никого не помню и не хочу случайно обидеть своих родственников, - «которых, очевидно, в Караине было много» - добавила я уже про себя. В Мармандисе ценились клановые отношения, и чем больше членов было в клане, тем лучше, но, если все они начнут вставлять мне палки в колеса, это будет очень плохо. Лучше было бы притвориться, что всё в порядке и вести себя максимально тихо.
- Конечно, мистрис, - обрадовалась девушка тому, что не получит выговор, а может и простоте моей просьбы. - Только я знаю не так много, чтобы могла Вам сильно помочь, только то, что говорят люди.
- Это уже значительно больше того, что помню я, - Дом кивнула, соглашаясь со мной, и пока есть время, да и возможность, я хотела задать вопрос о маме Киллиана, но со стороны дороги, с которой мы свернули ранее, раздался крик и мольбы о помощи.
Сначала я подумала, что мне показалось, но когда крик повторился, стало ясно, что кто-то действительно попал в беду. Мольба была отчаянной, и когда мы услышали ее в третий раз, в ней чувствовалось отчаяние, и я, не задумываясь, бросилась в сторону голоса, к тому же я чувствовала леденящий душу ужас нескольких людей, будто свой собственный. Я просто не могла это игнорировать.
Алесса и миссис Кратерс считали, что моим главным недостатком всегда было желание помочь всем и каждому. Нет, они не спорили, что такое поведение было побочным эффектом моего родового дара, ведь эмоции и чувства всех окружающих воспринимались как свои собственные, из-за чего простое сопереживание перерастало в нечто личное, что могло отвлечь от выполнения более важной цели, но оно могло только помешать мне при выполнении доверенных миссий.
Женщины не оспаривали то, что защищать и сохранять – основные цели существования Хранителей как таковых, но при этом постоянно повторяли, что ради большего можно пожертвовать и малым, но то ли они были слишком безразличными, то ли я оказалась чересчур молодой и неопытной, но вместо того, чтобы вспомнить их наставления и не нарываться на лишние неприятности, я бросилась на помощь незнакомцам, совсем не думая о последствиях.
Бежать по лесу в потёмках было мягко говоря проблематично, если не сказать, невозможно: всё вокруг сливалось в одну сплошную мешанину темных, почти черных оттенков, окружающих нас со всех сторон и постоянных препятствий в виде очередного дерева или кустарника, но разве это должно было меня остановить? Даже с подобранным подолом это было тяжело, но кто-то впереди нуждался в помощи, поэтому приходилось терпеть и пробираться дальше
- Мистрис, подождите, - тяжело дышала сзади Дом, её голос дрожал от волнения и беспокойства, а поэтому звучал приглушённо и даже срывался от испуга. Я не позаботилась о том, чтобы что-то сказать девушке, хотя бы предупредить о том, что задумала, да и об оружии тоже как-то не подумала, рванув вперёд с голыми руками. Мысленно дав себе оплеуху, чтобы в следующий раз не пугать окружающих своей импульсивностью, я тем не менее не сбавила скорости и продолжила бежать на зов, - Мистрис, Вам нельзя туда.
- Кто-то попал в беду, там нуждаются в моей помощи, - ответила я, пробираясь сквозь очередные заросли, надеясь, что ещё не поздно, что мы успеем. Должны успеть. Я верила, что еще есть время, еще есть шанс, но чувство паники, исходившее от путников, неожиданно наполнилось болью и смирением, а значит шанс спасти их неумолимо ускользал от меня, словно вода сквозь пальцы.
- Нам стоит подождать сэра Киллиана, он…, - начала возражать Дом, но очнулась, поняв, что это не имело никакого смысла, или она просто пыталась подобрать правильные слова, которые бы убедили меня куда больше, чем информация о том, что одобрил бы или нет Киллиан, - У Вас есть план?
- Нет, будем действовать по ситуации, - я отогнула в сторону очередную ветку и едва не споткнулась о ствол упавшего дерева. За такое короткое время вряд ли что-то вразумительное придет в голову, только сплошная импровизация самоубийственно характера, но на большее я сейчас была не способна, а если бы мы остались ждать Киллиана, можно было бы и не расчитывать на вероятность благополучного исхода для напуганных чем-то путников. Было безумием так ломится к опасности, совсем не подготовившись и ставя тем самым свою собственную жизнь под удар, но сидеть молча и ощущать панику, боль и страх кого-то стовсем близко при этом ничего не делая – было выше моих сил и моего терпения.