Долго ждать его возвращения не пришлось, но за это время измученная Мирель уснула у меня на руках, а Дом наконец-то перестала трястись от страха, я вообще смутно понимала, зачем она пошла вслед за мной, но стоило Киллиану бесшумно появиться из-за деревьев, как она снова испугано замерла, опасливо посматривая за его спину, авось кто-то выскочит вслед за ним.
- Они ушли, - коротко, ничего не объясняя, объявил Киллиан в ответ на наш молчаливый вопрос, застывший на испуганных и измученных страхом лицах. Мы с Дом синхронно выдохнули: как бы там ни было, но даже сидеть на поваленном дереве стало спокойнее, зная, что поблизости не разгуливают личности с холодным оружием.
Стоило кузену подойти к костру поближе, как Дом сорвалась с места и поспешила к седельным сумкам, да так быстро, что можно было бы предположить, что она боится Киллиана, но спустя некоторое время она вернулась со свёртком. Как оказалось, внутри находилось вяленное мясо и сыр. Я была благодарна проворности Мел, которая успела сложить их нам в дорогу. Я посмотрела на еду и у меня в горле встал ком.
- Я не буду, - отрицательно покачала я головой. При мысли о еде мне становилось только плохо. Слишком много волнений, от которых скручивало желудок, но взгляд Киллиана остался непреклонным. Его не заботило, хочу я или нет, если он решил, значит так и будет.
- Если ты сейчас не поешь, то точно свалишься Рольду к ногам, - серьезно ответил кузен, кивая на свёрток в руках и намекая, что мне стоит взять хоть что-нибудь, хоть самую малость, и всё же наполнить свой желудок несмотря на острое нежелание, - и испортишь мне все представление.
Кузен взял небольшой кусочек мяса и протянул его мне, видя, что я не собираюсь прикасаться к съестным запасам. Я смотрела на мясо, словно оно было камнем, или хуже того, ядовитым, но кузен, казалось, был упрямее меня и продолжать держать руку протянутой, категорично не принимая мой отказ.
- Я не хочу, - повторила я, но совершенно бесполезно, так как Киллиан упрямо протягивал мне вяленное мясо, и ни одним нервным окончанием на лице не давал понять, что есть хотя бы одно слово, способное его убедить, что я действительно не хочу.
- Если ты сама не будешь есть, я накормлю тебя, как маленького капризного ребёнка, - кузен кивнул в сторону Мирель и одним взглядом дал понять, что её он считает гораздо сообразительнее меня в данный момент.
Мне пришлось сдаться. Киллиан был несгибаемым, и удовлетворился только тогда, когда я съела свою часть пайка, да и если быть честной, я оказалась голодна, и стоило мне надкусить ломтик мяса, как мне захотелось ещё, а затем ещё и ещё. К моему удивлению, кузен также уговорил поесть и Дом, хотя с его характером ожидалось, что забота о прислуге – последнее, о чём он будет беспокоиться, но на деле сам приступил к еде только тогда, когда убедился, что мы обе сыты.
После скромного ужина Дом сразу же ушла спать, а Киллиан снова будто растворился в темноте. Я бы испугалась, снова оставшись только с Дом, если бы не мой дар, который дал понять, что кузен был все время поблизости: я чувствовала исходившее от него спокойное предвкушение, и именно то, что он был рядом, успокоило меня. Я перестала думать о том, что разбойники вернутся и все начнется снова, только в этот раз в главной роли будем мы сами. Это позволило успокоиться и приготовиться ко сну, ведь становилось очевидным, что продолжать путь ночью мы не будем.
Устроившись с Мирель на теплом одеяле и укрывшись ещё одним (я даже не представляла, как они уместились в седельных сумках), я попыталась заснуть, но сон не шел. Куда уж там, после такого-то вечера. Смирившись с отсутствием сна, я лежала и смотрела на языки пламени, вспоминая лица родных. Это помогало поверить, что конец дороги близок, и я доживу если не до возвращения домой, то хотя бы до прибытия в Караин. Что будет дальше, меня сейчас не волновало, только лишь бы добраться до пункта «Б» , желательно при этом целой и относительно невредимой. Я не знаю, сколько я так смотрела на огонь, но все же сон победил упрямство, и я уснула.