- Все в порядке, Дом, - я взяла её за локоть, чтобы она перестала мельтешить и суетиться понапрасну. И это подействовало, Дом притихла, и чтобы она не чувствовала себя беспокойно, ничем не занимаясь, я попросила её принести родниковой воды, чтобы умыть лицо и попить. Моя обувь, как показал вчерашний случай была совсем не надёжной, и я не хотела рисковать свалиться в ручей как раз тогда, когда кузена не было поблизости, чтобы снова меня выручить.
Я снова осталась одна, но ненадолго: стоило Дом уйти, как вернулся Киллиан, подкравшись со спины и напугав меня. Я не слышала его шагов и совсем не заметила приближения, хотя его фигура была довольно внушительной, чтобы её вот так просто не заметить. Он довольно улыбнулся, как только я нахмурилась, собираясь высказать ему, что после истории с разбойниками это плохая идея - так пугать людей.
- Значит, я напугал тебя? – улыбаясь заметил он, как только слова все же нашлись, которые на него не произвели ровным счётом никакого эффекта.
- Это так забавно? – нахмурилась я, пытаясь понять, что же его так в этом всём забавляло.
- Для девушки, которая у разбойников из-под носа смогла увести ребенка – да, - напротив меня, возвышаясь надо мной, словно гора, и продолжая раздражать своей надменностью.
Был один вопрос, который я хотела прояснить до того, как мы двинемся дальше, и я даже сама не понимала, почему это меня волновало, но мне было любопытно, и в то же время я не понимала, что его на это толкнуло. При этом мне вдруг стало неловко.
- Почему ты…, - я осеклась, поняв, что сама мысль задавать этот вопрос была абсурдной и что я сплоховала, поддавшись этому безрассудному порыву. Ну что он мог мне на него ответить, чего я не могла сама предположить? Да и это только усугубило бы и без того непростые отношения между нами. Да вот только вопрос то задавать я начала, и если не его, то нужно было спросить что-то другое, но вот что?
- Почему я обнимал тебя ночью? - спросил спокойно Киллиан, будто это было нормальным. Будто… впрочем, я сама виновата в том, что приняла его за Гриффина, - Ты это хотела спросить?
- Да, - коротко ответила я, испытывая стыд и понимая, что лучше было бы соврать, но язык сегодня был моим врагом, и мне оставалось только отвечать за свою неосторожность.
- Потому что к полуночи ты промерзла и у тебя начали стучать зубы, - ответил кузен, и я невольно улыбнулась такой заботе. Каким бы он ни казался колючим, доброта ему была не чужда. Я обрадовалась такому его проявлению участия, как он закончил свою мысль и уничтожил то хорошее впечатление, которое оставил после себя его поступок, - и я не мог из-за тебя уснуть.
- Как великодушно с твоей стороны, - не удержалась я, чтобы съязвить в ответ. И как мне только в голову пришло, что он делал все не только ради себя любимого? Ведь до этого во всех его поступках сквозила личная, пусть и посредственная, выгода, но в том, чтобы уберечь меня от окоченения, для него не было ничего хорошего, ведь даже если бы я и заболела, заботиться обо мне пришлось бы уже кому-нибудь другому.
- Не стоит благодарности, - хмыкнул кузен и протянул мне флягу со всезнающим, а с тем и подозрительным видом, что в свете его доброжелательности вызывало сомнения, - сделай несколько глотков.
- Что это? - поинтересовалась я до того, как взять в руки ёмкость. Особенно после нашего разговора, его забота вызывала опасение и недоверие, но всё же не спешила отказываться от его предложения. Какими бы ни были его мотивы, прежде он не вредил мне.
- Выпей, - настоял кузен, и я хотела оттолкнуть её от себя, но он сам поднес флягу к моему лицу. Какой же упрямый. Я раздражённо выхватила её из его рук и сделала небольшой глоток, в надежде что он отстанет после этого. Горло вмиг обожгло, а горький привкус заставил поморщиться. От крепости жидкости словно стальными тисками свело язык, и первой моей мыслью стало то, что я вполне вероятно пила жидкий огонь. Звучало абсурдно, но если бы это было так, возможно, ощущения были бы теми же что и сейчас, но это был не он, а как мне подсказывало чутье, один из тех напитков, которые в подобных мирах пили мужчины, - ты промерзла ночью, и я не хочу снова возиться с тобой, если у тебя начнётся лихорадка.