Мне нравилось тут. Было немного непривычно смотреть на разительно отличающуюся от привычной обстановку (хотя я уже начинала привыкать), но в то же время, здесь оказалось уютнее, чем в том доме в портовом городе, в котором я провела немного времени. Там я бы не выдержала и нескольких недель, здесь же можно было и остановиться на несколько месяцев. Совсем не страшно провести некоторое время, если есть хоть какие-то элементарные условия.
Я подошла к одному из окон и выглянула наружу. Из него открывался чудесный вид на горный хребет, который уходил дальше от замка на запад и на хвойный лес, немного ближе и южнее. Стоило подумать о том, чтобы прогуляться по нему немного позже, а сейчас и правда не мешало бы отдохнуть. Надеяться на теплую ванну, в которой можно было бы неплохо расслабиться, не приходилось (по крайней мере, я не представляла, как это можно сделать возможным), но спустя немного времени в комнату вошла Дом, за ней - двое сильных мужчин с большими ведрами горячей воды.
- Я подумала, Вы захотите искупаться с дороги, мистрис, - улыбнулась девушка.
- Да, разумеется, - благодарно кивнула я, но не поняла, как она это устроит, - Спасибо, Дом.
Девушка, помня о моей амнезии, кивнула, прошла глубже в комнату и открыла дверь, которую я раннее не заметила. Заинтригованная, я подошла ближе. Дом подожгла свечой несколько факелов, висящих на стенах, и я смогла рассмотреть комнату: довольно маленькая, в которой уместился только большой чан, куда мужчины, пришедшие с ведрами, вылили вскипячённую воду. Они поклонились и ушли, а вместо них тут же забежали несколько женщин с ведрами (как я поняла позже) уже холодной воды, и тоже вылили ее. Дом попробовала воду рукой и довольно кивнула.
- Готово. Вам помочь, мистрис? – вежливо поинтересовалась девушка. Я читала, что в Мармандисе, как и в подобных мирах, служанки помогали своим господам практически во всем, и то, что мне казалось неприемлемым, здесь было в порядке вещей. И все же, у меня есть две руки и голова на плечах не просто так. Позаботиться о самой себе я смогу и сама, да и мне было как-то неловко позволять кому-то раздевать меня, с этим, как и с купанием, я вполне могла справиться и самостоятельно. Чтобы не обижать Дом, я решила, что буду пользоваться её помощью, но только в разумных пределах. Купание же никак в них не входило.
- Нет, Дом, я хочу немного понежиться в теплой воде, - девушка растерянно кивнула, будто все ещё не привыкла к моим странностям, но оставила полотенце на стуле у чана и вышла, закрыв дверь на ключ, чтобы не беспокоили. Что ж, я действительно не хотела бы некоторое время никого видеть, только отдохнуть, желательно в полном одиночестве.
Быстро сняв с себя пыльную, а местами и грязную после дороги одежду, я залезла в чан с приятной теплой водой. Чан был недостаточно большим, чтобы доставить большие неудобства, но при этом вполне просторным, чтобы можно было расслабиться и при этом без риска утонуть, а ведь учитывая мою внезапную нерасторопность, в этом мире можно было ожидать всякого. Теплая вода тут же приветливо обняла меня, согревая и успокаивая, давая забыть, хоть и на время, все неприятные особенности чужого мира.
Я едва не заснула, нежась в теплой воде, и пришла в себя только когда та начала резко остывать, что случилось увы достаточно быстро. Выбравшись из чана, я вернулась в спальню и обнаружила, что камин уже растоплен, а в комнате приятно потеплело, что порадовало еще больше, и вместе с приятным ощущением чистоты значительно подняло настроение. Перебирая в сундуке платья, которые для меня приготовила Алесса, я нашла бархатную коробочку и положила на кровать. Нельзя о ней забыть, уж о ней мне стоило вспомнить в первую очередь, но не могла же я в самом деле расхаживать по комнате в одном лишь полотенце.
Переодевшись в бархатное платье, которое было теплее, чем то, которое мне нашли в Крассе, и чистая от дорожной пыли, я чувствовала себя намного лучше, мир неожиданно стал не таким неприветливым, как я успела себе его мысленно описать. Только приведя себя в порядок, я взялась за бархатную коробочку и открыла её. Внутри него, на подставке, лежал кулон с большим огранённым изумрудом в форме капли и обрамлённым мелкими бриллиантами. Я довольно улыбнулась: Алесса всё же прислушалась к моему пожеланию. Я не любила громоздкие украшения, не видела в них смысла и необходимости, всегда предпочитала нечто скромное и изящное, но сколько бы я ни просила бабушку не дарить ничего помпезного – она упрямо меня игнорировала, постоянно напоминая, что я принадлежу к уважаемому роду, а значит, просто обязана иметь пару достойных украшений. Тем не менее, все они лежали среди семейных украшений. В этот же раз она сделала так, как хотела я, и я была ей благодарна. Вернуть кулон обратно (даже если он бы и оказался менее значим) желания не возникало.