Глава 10
Наутро я проснулась с головной болью и давящим чувством стыда внутри. Память, будто злейший враг, то и дело напоминала, что я вчера вечером натворила, будто показывая, чем вреден излишек выпитого вина. Теперь-то стали понятны все эти войны и разрушения. Люди под действием алкоголя переставали себя контролировать. Как показал опыт, это могло привести к разным последствиям.
Как я буду смотреть в глаза Гриффину после того, как позволила себя целовать, и, что самое ужасное, вроде как даже отвечать Киллиану? Как мне теперь вести себя с кузеном, который явно не будет делать вид, что ничего не произошло? Как мне простить себя за столь недостойное поведение, ведь я показала непозволительную слабость и, в очередной раз, опрометчивую неосторожность?
Я проснулась ещё на рассвете, и переодевшись в самое закрытое платье, которое только нашла в сундуках, первым делом хотела бросить вчерашнее в огонь камина, всё равно я бы больше не осмелилась его надеть, но из духа противоречия к приказу Киллиана, я сложила его и положила на дно прикроватного сундука. Оно все равно никому там не помешало бы.
Я несколько раз собиралась выйти из башни, найти Киллиана и поговорить с ним о том, что вчера было и что это ровным счётом ничего не значит, но в последний момент передумывала, понимая, что если я останусь с ним наедине и он захочет повторить произошедшее вчерашним вечером - у меня не будет возможности возразить, и я, возможно, повторю ошибку ещё раз, чего мне не хотелось бы. Нет, ни за что, больше никогда это не должно повториться. У меня есть Гриффин, он заслуживает к себе более честного отношения. Один поцелуй – всего лишь прискорбная случайность, но больше такого произойти не должно. Я бы не стала говорить, что он был безумно красив (хотя так и было, пусть и не в привычной для меня манере), чтобы я могла так резко и внезапно потерять голову. Я была вполне способна контролировать события, когда мой мозг не был опутан расслабляющими и успокаивающими путами алкоголя.
- Доброе утро, Мистрис, - в комнату вошла Дом и улыбнулась, увидев, что я уже проснулась и одета. Постепенно она начинала привыкать, и теперь, воссоединившись со своим мужем, вряд ли стала бы возражать против подобных преимуществ во времени, когда не нужно было приходить пораньше, чтобы помочь мне умыться и одеться. - Как прошел ужин?
- Не спрашивай, Дом, - взмолилась я, смотря на горничную. Мне не хотелось произносить вслух, что произошло вечером, и уж тем более обсуждать это. Дом удивлённо приподняла брови, но промолчала, не желая возражать хозяйке и, по крайней мере, в это утро мне это понравилось. Иногда её покладистость была вполне уместна.
- На кухне уже все готово и скоро начнут подавать завтрак, - сообщила Дом и протянула мне ту самую шаль, которую я вчера забыла в общем зале и за которой хотела вернуться. Я посмотрела на неё, словно на приведение, и всё же взяла её в руки, чтобы удостовериться, что она мне вообще не приснилась. - Я нашла её утром в обеденном зале. Если не ошибаюсь, она Ваша.
- Спасибо, Дом, - поблагодарила я девушку и накинула шаль сразу же на плечи. Теперь это не только источник дополнительного тепла, но и необходимый элемент одежды, от которого мне становилось гораздо спокойнее. Пока среди гостей были такие личности, как тесть Рольда и сэр Дункан, нужно было предпринимать дополнительные меры предосторожности.
Я хотела спросить Дом, видела ли она сегодня Киллиана, но слова так и замерли на губах, я так и не спросила. Следующим порывом было попросить Дом принести завтрак в башню, но тогда бы я добавила Киллиану повод для насмешек. Собравшись с силами, я все же спустилась к завтраку, и каковым было мое удивление, когда я обнаружила, что стул кузена оказался пустым. Я с замиранием сердца ждала, что вот сейчас откроется дверь, и он войдёт, с насмешкой смотря на меня, специально напоминая всем своим видом о произошедшем, но завтрак закончился, а Киллиан так и не пришел. Я же, увлечённая мыслями о нём и о том, почему же он не спустился в столовую, не замечала престарелых ловеласов с их заинтересованными взглядами, и только доев свою еду, извинилась перед дядюшкой и удалилась из столовой до того, как кто-то из его гостей успел бы ко мне подойти и заговорить со мной.