— Все в порядке, — по привычке соврала Элизабет, пытаясь с помощью макияжа придать своему лицу более свежий вид.
— Это все из-за твоего парня, да? Я в отношениях разбираюсь, уж поверь. И знаю, какими козлами бывают мужики.
— Он не козел.
— Ты только взгляни на себя? Ещё какой. Я бы на твоём месте послала его к черту. Подумал бы хорошо. А ты бежишь в аэропорт его встречать. — надменно фыркнула Оливия, резко перестраиваясь в другой ряд. От неожиданности Бетти едва не выронила пудреницу. — Мужики чувствуют слабость. И садятся на шею.
— Он приедет, и все изменится, — неуверенно выдавила Бетти, чувствуя, как глаза вновь начинает щипать.
— Не хочу тебя расстраивать, но… Ты уверена, что дело не в другой…
— Нет, — отрезала Купер, не дослушав. Сердце предательски сжималось от одной лишь мысли.
За прошедшие три недели Бетти перебрала ворох версий в своей голове, от самых нелепых до самых страшных. Холод в любимом голосе, нотки отчаяния и страха, постоянная ложь — все, что она слышала в трубке телефона каждый их разговор. Ей до боли в груди необходимо было его увидеть, обнять, понять, что с ним произошло и защитить от самого себя, если это потребуется.
Дни тянулись бесконечно долго. Элизабет пропадала в редакции, на лекциях, загружала себя дополнительными занятиями, только бы убить все свободное время. Пару раз она даже засыпала за столом, измученная частыми ссорами и недостатком сна. Держаться на плаву помогала лишь мысль о скорой встрече, и пусть все омрачал ночной скандал, Купер верила, что нет ничего, чтобы они не смогли пережить.
— Как скажешь, — согласилась Лив. — Значит, скоро у меня появится новая соседка?
— Да, — натянуто улыбнулась Купер.
Оставшуюся часть пути девушки проехали молча. У аэропорта Оливия пообещала позвонить, поцеловала подругу в щеку и уехала навстречу очередным приключениям. Бетти купила кофе и плюхнулась на жесткое сиденье в зале ожидания, взволнованная предстоящей встречей, словно впервые. Она быстро набрала сообщение, проверила, не задержали ли рейс, сняла кофту и устало прикрыла глаза.
Всего через пару часов.
Элизабет проснулась, когда вокруг забегали люди, приветствуя вновь прибывших. Она несколько раз зажмурилась, прогоняя остатки сна, взглянула на табло и поняла, что самолёт Джагхеда уже приземлился. Бетти радостно улыбнулась, проверила телефон и двинулась туда, откуда толпами выходили люди.
Сердце ускорило темп, а дыхание сбилось от самых разных эмоций, когда она обходила людей, в поисках одного единственного человека. Мужчины и женщины громко переговаривались, таща за собой большие чемоданы. Бетти извинилась, когда случайно толкнула молодую девушку, взглядом блуждая по незнакомым лицам. Недоуменно нахмурилась и несколько раз оглянулась, когда улыбчивая девушка с ярко-красным галстуком закрыла заветную дверь, приняв указание по рации.
— Простите, это ведь рейс…? — спросила Купер.
— Да.
— Я жду одного человека, но он… В самолете никого не осталось?
— Нет. Самолёт готовится к полету, — дежурно улыбнулась девушка, хлопнув дверью. Бетти дёрнулась, как от удара молотка под рёбра и, буркнув тихое «извините», поплелась обратно в зал ожидания.
Набрала заветный номер, закусив губу и стараясь наспех придумать для Джагхеда очередное оправдание. Гудки. Длинные, монотонные. Ответа нет.
Элизабет с непроницаемым лицом продолжала набирать номер снова и снова, как только вызов сбрасывался. Сидела на железном стуле, в пустом ряду, наблюдая, как на город опускается ночь. Пассажиры, занятые упаковкой багажа и поиском нужного выхода, не обращали внимания на одинокую хрупкую блондинку, прижимающую телефон к уху.
Купер потеряла счёт времени. Продолжала звонить, не чувствуя соленых обжигающих дорожек слез на щеках. Когда после третьего гудка раздался щелчок, Бетти вскочила, ногтями впиваясь в затянувшиеся раны на ладони.
— Джаг? — тихо прошептала она.
— Эм. Привет. — незнакомый женский голос, хрипловатый, холодный.
— Ты… Кто это? Где Джагхед?
— Он… занят. Ему жаль, что пришлось так поступить с тобой.
Элизабет забыла, как дышать.
— Что это значит? Кто ты такая?
— Это значит, что он не приедет, Бетти, — сухо сказала незнакомка. — Я его подруга.
Бетти силилась выдавить из себя хотя бы слово, но слезы хлынули потоком отчаяния. Она сбросила вызов и медленно опустила телефон. Словно тысячи раскалённых игл пронзили её сердце насквозь, причиняя невыносимую боль. Бросилась к выходу, путаясь в собственных ногах. Воздуха не хватало, руки дрожали, а внутри все горело пламенем. Хотелось пробить дыру в груди, только бы избавиться от этой сумасшедшей боли. Бетти остановилась у урны и, размахнувшись, с ударом выкинула свой телефон, не желая больше видеть фотографию на фоне, напоминавшую о человеке, что безжалостно вырвал её сердце в одно мгновение…
Комментарий к Глава 24. Прощай
Дорогие мои читатели! Прошу прощения за такую задержку и за эту неудачную главу в частности.
Я сильно заболела. Мозги плавятся от температуры, и я совершенно не соображаю, что пишу. Эту главу начала ещё две недели назад. Пыталась переделать, отредактировать, переписать, но я потратила все силы на неё, а получилось отвратительно :( аж плакать хочется.
Я вернулась! Финал совсем скоро. Мы на финишной прямой!
Надеюсь, вы все ещё здесь! Спасибо, что ждёте ❤️
Надеюсь, у вас сложилась полная картинка того, что произошло между ними?
========== Глава 25. Я люблю тебя ==========
Сейчас.
— Ты приезжал… — сквозь тихие всхлипы прошептала Бетти. Соленые дорожки слез струились по её щекам, остывая на искусанных губах горьким привкусом отчаяния.
— Не прошло и дня, чтобы я не жалел, что так просто отпустил тебя.
Джагхед часто вспоминал тот день, когда его мир в одночасье рухнул. Непрекращающиеся звонки на выключенный телефон, поток сообщений, долгий перелёт, дождливое утро, парк у колледжа и её смущенная улыбка, адресованная незнакомому парню в пиджаке. Она держала его под руку, прижимаясь плечом и прячась под разноцветным зонтом от холодных осенних капель. Хрупкая, светлая, безупречно красивая, его Бетти, в чужих объятиях — достаточно для того, чтобы сердце разбилось вдребезги, осыпалось ледяными острыми осколками на сырой асфальт, оставив после себя огромную чёрную дыру. Тогда Джаг видел её в последний раз. Сдался. Пообещал жить дальше, но боль не исчезла ни через месяц, ни через шесть лет. Ему казалось, что он опустился в глубокий колодец с каменными стенами, где было темно и пусто, и выбраться оттуда он так и не смог.
— Я хотел, чтобы ты была счастлива.
— Счастлива? — грустно улыбнулась Элизабет. — Да я едва в психушку не попала. Я не знала, как мне дышать, двигаться, жить дальше. Все потеряло смысл. Абсолютно все.
Джагхед опустил взгляд на свои колени и вдохнул тяжёлый дым почти дотлевшей сигареты.
На горизонте забрезжил рассвет. Восходящее солнце бросило на мир свой первый пламенный взгляд, ласково касаясь верхушек высоких деревьев, окрашивая бушующую реку новыми оттенками синего.
— Прости меня, Бетс, — прошептал он и взглянул на девушку. Она обняла себя за плечи, мелко вздрагивая от бесшумных рыданий, и утёрла слезы натянутым на запястье рукавом кофты.
— Наверное, ты не помнишь, но я звонила тебе. Один раз. Ночью. С номера Оливии. Просто хотела услышать твой голос, узнать, что ты в порядке. Кажется, ты был пьян в стельку, кричал на кого-то… Я ничего не сказала и бросила трубку. Боже, как же это глупо. — Бетти горько усмехнулась и, резко поднявшись на ноги, двинулась в сторону припаркованной машины.
В груди плескалось отчаяние — бессильное и холодное. Слезы душили, а сердце болезненно ныло, билось, как сумасшедшие, лишая крупиц оставшегося самообладания.
— Бетти, — позвал Джагхед, и она остановилась. Медленно обернулась, до крови прокусывая нижнюю губу, чтобы снова не разрыдаться. Зеленые глаза, наполненные глубоким отчаянием, смотрели на него с немой мольбой и сожалением.