– Инга, ты что-то не так поняла в детстве. Не было ничего такого. Мать тебя больше жизни любила. И мне кажется, отца твоего тоже. Мне даже кажется, она его одного всю жизнь и любила и на тебя смотрела и каждый раз в тебе находила любимые черты.
– Боря, мы с тобой и вправду, словно в разных семьях жили. Но ведь у нас с тобой все детство вместе прошло. Как ты мог не замечать всего, что знала и видела я? Хотя… Что было в детстве, то и было, ладно. Разве ты не помнишь, что началось потом?
– А что началось?
Инга посмотрела на брата с недоумением:
– Все эти вздохи на тему, когда же я замуж выйду. А потом она даже и не спрашивала. Смирилась вроде и поняла, что из кислого винограда сладкого вина не выйдет. Так бабушка Карина, кстати, говорила. Но ты вряд ли это помнишь. А потом ты женился на Ане и вы с ней дали маме все то, чего не смогла дать я.
– Инга, ты даже не понимаешь насколько сильно ты заблуждаешься. Мать от тебя никогда ничего и не ждала, она тебя просто любила всегда и любит сейчас. И ей все равно, замужем ты или нет, есть у тебя дети или нет. Нет, ей бы, конечно, хотелось еще внуков, но она с этими еле справляется. А как за Николая замуж вышла, у нее и на наших никогда времени нет. А еще последние пять лет она же кошками увлеклась.
– У нее вроде две их, да?
– Уже три. Но это ж не просто кошки. Все три разных пород и все три – чемпионы. Они их с Николаем по каким-то выставкам возят, призы берут. А сейчас она в нашем районе главный консультант по этим мяукающим. Так что решишь завести котенка, только скажи.
– Борь, что-то я растерялась – Инга перебросила волосы через плечо и выпрямила спину.
– Ты про отца?
– Угу.
– Год назад мать попросила найти, где он похоронен. Я связался с ребятами из Коломны. Он похоронен там, где и служил. И где погиб. А потом она попросила отвезти туда. Мы с ней поехали на машине.
– Ты мне не говорил.
– Так ты никогда вроде этим ничем не интересовалась. Я вообще сегодня для себя новую Ингу открываю. Пока не знаю даже как к этому относиться. Но эта новая, однозначно, мне больше нравится. И она не такая идеальная и сильная, как мне раньше казалось. так что я однозначно, за эту вариацию.
Инга усмехнулась брату:
– Так необычно с тобой об этом говорить.
– В этом и проблема наша, Инга. Мы с тобой вроде и говорили, да только не разговаривали ни разу. А это все же две большие разницы. Если бы люди умели разговаривать, а не только говорить, мы бы все были значительно счастливее, а в мире бы случалось значительно меньше недоразумений, трагедий и недопонимания. Нужно просто научиться разговаривать друг с другом.
– Надо же. Всего четыре часа на поезде, а я к вам никогда не приезжала. Всегда думала, что вы меня… ну не то, чтобы стыдились… нет… Но
– Инга! Как ты такое даже думать могла? Да ты гордость нашей семьи. Хочешь, у Аньки спроси. Она говорит, что очень сложно соревноваться с вашей идеальной Ингой в ее отсутствие, а на расстояние недостатки этой нашей Инги не видны, а достоинства мы увеличиваем во стократ. Ты только не обижайся на нее, ладно? Ане тоже нелегко под мамиными постоянными сравнениями с любимой дочкой.
– Ты что это все серьезно?
– Серьезнее не бывает. Я вообще теперь человек серьезный. Только я думал, ты и сама это все знаешь.
– Нет. Я по-другому это все видела. Спасибо, что рассказал. А вы когда в Коломну ездили… что она говорила?
– Поначалу молчала на эту тему, так, про что-то неважное говорили. Потом на подъезде к городу, она вся в себя ушла, а я и не трогал ее, подумал, ей нужно время.
– А дальше?
– Потом мы приехали на кладбище и она попросила оставить ее одну. Я отошел чуть, она там почти час сидела. Плакала сперва, потом говорила что-то ему. Потом попросила меня отвести к дому, где вы жили много лет назад.
– Всю жизнь на слове Коломна вздрагивала. И боялась как бы нас кто оттуда не узнал и не нашел.
– Она села в сквере на лавочку и о чем-то думала, а я чтобы не мешать ей, поехал в местное отделение, познакомился там с классными ребятами. Они мне все и рассказали про твоего отца. Не пил он, Инга, ну может иногда, как все. Но пьющим он точно не был. Характер, конечно, был взрывной, это, говорят, точно. Весь местный криминал его боялся. Сколько он бандитов переловил в то время, хотя молодой же совсем был. Но отчаянный и принципиальный. Переживал, говорят, что вас с матерью не может защитить, боялся очень за вас. Из-за этого срывался часто на мать. Только это все из-за страха вас потерять. А потом вы с ним в отпуск поехали. А у него в это время в разработке один мерзавец был, Багоров. Ну точнее не один, но Багоров главный был. Это мне друг его рассказал, он с ним тогда делился этим.