- Мне так вообще, наплевать добрый он или ещё какой, - оттолкнул защитника в сторону так резко, что тот упал на траву. - Я ему что приказал? Забрать у поварихи ключ от ледника и мне принести, иначе худо будет. А он что? Он в лес подался! И я спор с Лихом проиграл, - мальчишка даже лоб потёр и зло выплюнул. – Я слов на ветер не бросаю…
Ватага двинулась вперёд. Им предстояло обогнуть угол загона, чтобы через пару минут оказаться рядом.
Да-а. Вот, значит, как! Зар у этих малолетних недоумков ещё и на побегушках был? Виданное ли дело – мелюзга взрослому парню приказы раздаёт! Никакого уважения возрасту… Что же ты за увалень был, Зар?
И что теперь делать? Надо положение исправлять. Вот только как? Судя по всему, эти двое малолетних предводителя не просто отпрыски дворни. Они слишком уверенно держатся, считают, что имеют право.
А он, Зар, имеет право на ответные действия? Судя по тому, что говорила баба Яга, крепостного права в этом мире нет, и никогда не было. Хотя наказания для слуг предусмотрены, в том числе и телесные, по этому поводу существует целый свод уложений, где всё расписано от и до. И даже самый распоследний батрак имеет право обратиться к боярину или даже самому Великому Князю с прошением, если считает, что его права нарушены.
Но – это в теории. А на практике, скорее всего, как и везде, правит бал тот, кто ближе из власть имеющих. Так что не стоит пороть горячку, тем более – это те же самые тинэйджеры, что и на матушке Земле, только со своими тараканами в головах. И, пожалуй, даже не столь важно, чьи это нахалы, их стоит укоротить.
Захар, конечно, имел определённый опыт уличных драк, сказывалась наука двух лет, проведённых в детском доме. Это был не самый «плохой» приют. Днём всё было тихо и пристойно. А вот ночью… ночью вершился суд, выяснялись отношения и прочее.
Слава Богу, ни разу после того, как тётя оформила опекунство, ему не приходилось драться по-настоящему, так чтобы за жизнь, не то, что насмерть - можно сказать, что повезло. Тем более что тётушка сразу поставила условие: никаких драк, хулиганства, воровства и прочего безобразия – «…крутись как хочешь, но чтобы меня в полицию даже не думали вызывать из-за твоих художеств!» У родственницы были раз и навсегда принятые установки по поводу детдомовских «отморозков» и их норм поведения, как и будущего. Но это всё в прошлом. Теперь перед Захаром стояла иная дилемма: бить или не бить.
То, что Зара идут бить – это однозначно, а возможно, что и ещё что похуже – неизвестно как настроено воображение у подростков в этом мире. Насколько понятно было по словам главаря шайки - это показательное наказание и всё зависит от развращённости нравов этого мира.
Только выяснять отношения с малолетками сейчас в новой жизни, очень не хотелось. Тем более, с неизвестно кем! А вдруг, этот темноволосый главарь – сын боярина? Или кого-то из приближённых? Э-эх, как жаль, что он не допытался у Яги всех необходимых подробностей…
В этот момент вся ватага, так и не прекратившая спор, а шёл он уже на повышенных тонах, достигла куста, скрывавшего Зара от шайки – последней преграды на пути к цели. Однако спор не прекратился, даже показалось, что два старших едва не подерутся между собой, выбирая меру воздействия. Причём, они совершенно не стеснялись того, что кто-то об этом узнает раньше срока: «… пендюлей надавать и всё!»; «снять штаны и …»; «вообще ты больной, да за такое нам самим в холодной сидеть!»; «а-ха-ха-ха, щас, станет Срам за него …»
Слух у его аватара, как давно уже отметил Захар, был не просто отменный, а очень широкого спектра и способный даже в гоготе и шуме многих голосов, уловить конкретику того, кто и что говорит – отличное свойство. По мере того, как доходили до сознания то, что собираются сделать эти отморозки, как, впрочем, становилось понятно – диалога не получится.
Теперь понятно в какой-то степени, каким образом Зар оказался в лесу. Да он просто сбежал, куда подальше от такой жизни! И внутри поднималась тёмная волна, грозящая своим гневом поглотить разум, а этого допускать было нельзя. Всё-таки – это ещё дети, пусть и злые и надменные, но дети. Плюс к этому, порядки в самой крепости для парня так и оставались тайной за семью печатями.
Так и что же ему делать?
- Эй ты! Вонючий придурок! – со злой миной темноволосый приближался, неся с собой целую волну негатива и предвкушения. – Помнишь, что я тебе обещал за непослушание?! Вот сейчас и получишь! Взять его!
И даже указующий перст протянул, важно задрав подбородок. Стая прихвостней бросилась вперёд.