- А-а! Значит, в силовых моторах разобраться решил?! Так это дело! – он хитро прищурился, будто прикидывал уже, куда стоит пристроить дармовые руки. – Это хорошо! Это очень хорошо. Только начинать с азов надо-ть. – И протянул руку в сторону урядниковой телеги. – О! Самое то для начала. Движок самый примитивный, хоть и заграничный. Эти янки любят нашему брату всякую подержанную дрань за дарма сбывать. А купчики-то и рады! Покупатель вещь подержанную приобрёл и радуется, не понимает болезный, что запчасти втридорога придётся после брать… Э-эх!
- Это – да! – согласно кивнул Захар, помня разговоры механиков у себя на родине.
- Во-от! И я о том. Сколь Никраске не втолковывал об этом… а, чего уж там!
В это время в стороне парового монстра что-то грохнуло, кто-то взвыл благим матом, обложив напарника такими отборными ругательствами, что и мастер и Захар просто заслушались. Один из чумазиков стал вытягивать многоступенчатую конструкцию, кряхтя и сипя от натуги.
- А что энто он тащит? – внезапно спросил Колымага у собеседника.
- Коленвал… - не раздумывая, ответил Захар и, лишь потом понял, что его проверяют.
- А каково его назначение?
- Так, это… - решил придать себе немного простоты парень, - передаёт крутящий момент от поршней к коробке передач, обеспечивая движение транспортного средства. Там такие…
- Да ладно, - махнул на него мастер, - вижу, что знаешь… чего уж там! Знать и с этими разберёшься… Вот эту … повозку, в общем, можешь, хоть до винтика разобрать. Только аккуратно, чтобы после собрать обратно можно было без потерь! Ежели чего наворочаешь – потери за твой счёт! Так и знай. Спрашивай коли чего не знаешь…
- Я всё аккуратно… - начал было кланяться Захар, радуясь перспективе.
- И не благодари меня, не за что пока, - отчего-то смутился Колымага. – И вот ещё что. Сегодня уже поздно. Ты завтра пораньше приходи и переоденься попроще. Самоходка хоть и на магии работает, да смазку никто не отменял. А сейчас, пойдём паря, разрешение на вход тебе дам…
***
Что уж там говорить – три дня Захар был на волне довольства жизнью. Утро с его обязательными занятиями пролетало быстро, и хотя все его хвалили за неожиданные для большинства успехи в учёбе, сам он мыслями был очень далеко от своих учителей.
Он открывал для себя новый мир техники без ограничений в использовании магических структур. В голове роились идеи, как с помощью полученных в той жизни знаний, можно изменить тот или иной двигательный аппарат. Он не расставался со старинным дневником, черпая оттуда так и не осуществлённые таинственным предком Зара идеи, буквально изнывал от распиравшего его желания применить их на практике. Помог случай. Он как раз корпел над самодвижущейся повозкой урядника, когда тот внезапно сам заявился в мастерскую.
- … Ну не могу я сделать твою коляску, - послышался от входа больше усталый, чем возмущённый голос Колымаги. – Не могу! Вот хочешь, закажу тебе эту проклятущую детальку у поставщика в Москве. Только уж извини, мил человек, а денежку за это придётся выложить немалую.
- Это сколько же? Я человек не бедный… - начал было Некрас Нигодович, подбочениваясь.
- Сотни полторы золотников, - его мастер с хмурым видом, - и это без уплаты пошлины в казну и налога на…
- Да ты что?! – побагровел урядник, теряя весь свой гонор, и даже голос его сорвался до хрипа. – Ты что такое говоришь? Смерти моей хочешь? Это ж… это… - и крупные капли пота скатились ему на кончик носа, будто на начальственную голову обрушился поток воды. – Да я… я за весь этот … эту машину в сто раз меньше отдал!..
- А я тебе говорил, - укоризненно посмотрел на него собеседник, - не манись на дешевизну!
5.3
Урядник сидел на скамье у входа и вид у него был похоронный. Он, видимо, решал для себя непростой вопрос – платить или не платить. Денег было жалко, но и без этой механической таратайки оставаться – плохо.
Мастер ушёл к другой машине, которую недавно прикатили для ремонта, предоставив клиенту нелёгкий выбор. Захар же, остался «колдовать» над останками самоходки, как мысленно именовал сию механическую конструкцию. Ему никак не давала покоя нелепость, с которой была выстроена вся передатка.
- Слышь, парень, - обратился в конец измученный тяжкими мыслями урядник к чумазому парню, ковырявшемуся с его повозкой, - а точно ничего сделать уже нельзя?
Он ещё больше понизил голос, хотя за грохотом заводившегося для проверки в паре шагов механического монстра, его и так было плохо слышно. Но Никрас даже привстал и приблизился к новому подмастерью, так чтобы наверняка их разговор невозможно было бы услышать.