- А и налей, тётка Яга, - поддержал предложение тот, судя по тому, как помолодела в его глазах лекарка, мужик был ею очень доволен.
Видно было по всему, что ёмкость со спиртным, ибо мёд следовало назвать медовухой, был у старухи наготове заранее. Она лишь для виду чем-то снова погремела за занавеской, да и вышла в горницу.
- Эх, мать, - мужик с такой силой заскрёб в затылке, что показалось, что если и были у него волосы, то в этот миг он от них избавился, - жаль этого мальца! С вот такого его знаю, - он, наверное, показал рукой размер. – И могу точно сказать, что все эти указания насчёт – «найди и привези» – это только слова. Никому он в усадьбе не нужен. Барину - век бы его не видеть! Разве что конюший со скотником ждут, чтобы самим навоз не чистить, если бы лошадок в табун не согнали, те, наверное за три дни по брюхо бы уже увязли. Да стряпуха на поварне – частью из-за сердобольности, частью от необходимости самой дрова носить, да помои вытаскивать. Поварята то от неё бегут, уж больно характер крут. Но Рада, хоть накормит…
Дверь хлопнула, отрезая собеседников. М-да, если Захар теперь не совсем тот, а какой-то укороченный по имени парень, то, во-первых, очень хотелось бы взглянуть на себя в зеркало, каков теперь есть; во-вторых, не сильно радовало то, что его положение в этом мире ниже низшего. Вряд ли, будь он барским сынком, хоть и бастрюком, тот позволил бы ему физически работать.
Но уже то радует, что тот парень, за которого меня принимают, наверное, был добрый малый. Всем помогал… « Ну, да! Ну, да – проснулся здравый смысл. - Дураков работа любит. И, хозяин, не надо заливать насчёт того, что ласковое теля двух маток сосёт! Тебе же ясно сказали: не нужен твой аватар никому. Вопрос: кто он был такой, если искали и за ним человека посылали?»
- Эй, парень, - услышал он снизу, - очнулся же, так слезай! Поговорить надо…
И как старухе удалось так тихо к нему подкрасться! Захар даже подпрыгнул на постели и всё-таки приложился макушкой о потолок. Зашипел, потирая ушибленное место, но одеяло откинул и полез с печи вниз.
За тканевой завесой и впрямь была горница. В углу стол и лавки с двух сторон. Над ними вверху божница с тремя иконами на вышитом рушнике. У печи то ли лавка, то ли низкий стол, покрытый чем-то вроде клеёнки. Рядом высокий стеклянный шкаф с различной медицинской мелочью и склянками. Наверное, именно здесь парня и лечили.
Невольно передёрнуло от воспоминания. Так что мимо этого эскулапового пыточного устройства он прошагал довольно резво. И если бы не оно, то ничем особо эта комната от деревенской горницы его мира не отличалась. Даже повеяло воспоминанием из глубин раннего детства, когда он с родителями ездил к бабушке. Даже в груди заболело. Уселся на лавку, обхватив голову руками.
- На, вот, - перед ним на столешницу, покрытую скатертью, легло овальное зеркало, - любуйся! А после поговорим.
- Поговорить, оно, конечно, хорошо, - Захар замялся, но совсем не от того, что боялся себя увидеть. Просто неожиданно взвыл от голода живот так, что продолжать фразу не пришлось.
- Хм, я и забыла… - засуетилась старуха, всплёскивая руками. – Сейчас на стол накрою. Разговор долгий будет. Меня тёткой Ягой называй.
- Меня Захаром… - немедленно откликнулся парень простодушно.
- А вот об этом имени, - погрозила ему пальцем бабка, - забудь! Не к чему знать всем и каждому, что ты из иного мира пришёл, да чужое тело занял. У нас, конечно, всяко бывает, но пришлых особо не жалуют ни Белого бога святые отцы, ни волхвы, ни жрецы.
У Захара даже челюсть отпала от удивления. Признаться честно, увидев, как сам решил, иконы, он немного успокоился. А зря, получается по всему.
- Тебя Зар кличут все, - продолжила наставления. – Вот и называйся так. Похоже на твоё прежнее имечко, не спорю. Однако, совсем не то! Полное именование знает только боярин, он дядька твой. Муж суровый, боевой и жуть какой гневливый. Может и поймёт тебя нового, а может – и нет.
- И как мне теперь… - он как-то сразу принял своё положение и её слова.
- Как, как? Да хоть каком кверху! Подумать надобно. Для того и не отдала тебя сразу прислужнику. Он человек недалёкий, вряд ли поймёт всё правильно. А ты, судя по всему, ляпнуть что-то непотребное можешь запросто.
Сейчас лекарка не казалась парню такой уж страшной. Так, ничего особенного. Да, нос был немного длинноват и крючковат, но не критично. Да и губы обнаружились тонкие и сухие, так возраст у бабули преклонный. А глаза чёрные, блестящие лукавинкой, такие не у каждой девчонки увидеть можно. Сама сухонькая, чуть сутулая, но бодрая такая старушонка. Одежда на ней была, правда, несколько блёклая от времени или от частой стирки – платье ниже колен цвета старого шоколада, того, что с белёсым налётом, да фартук, когда-то яркий и цветастый.