Калли не была бы Калли, если бы не могла доставить удовольствие своему господину. От прикосновения её пальцев таяли доспехи, обнажая закованное в броню тело. Пусть заклятие и сильно, но на пару мгновений она сможет его развеять.
- Семя проросло и развивается, - обвивая его руками и ногами, будто гибкая лоза, продолжала уговоры демоница. – А пока пусть играется, малыши любят игрушки…
***
Столица изумляла своим величием и непохожестью на то, что Захар ожидал увидеть. С детства Москва представлялась на картинках и экране телевизора кремлёвской стеной, куполами соборов, сталинскими высотками… да и ещё, пожалуй, строчками из песни «Москва Златоглавая».
Княжеский дирижабль встречал и звон колоколов, совпавший с прибытием Правителя в Кремль. Сияли купола золотом. Вот только одно но: это была совершенно иная Москва!
Захар смотрел на приближающийся город и совершенно его не узнавал. Кремль, выстроенный из белого камня, возвышался над городом, будто бы сам Боровицкий холм поднялся выше и приобрёл форму правильного шестигранника в обрамлении одетых в серый гранит речных рукавов. Шесть мостов определяли направления главных проспектов. Улицы расходились идеальными кругами. И даже здания, с высоты так казалось, по высотности и форме соответствовали определённому порядку.
Вершину Боровицкого холма венчал сияющий золотом Храм Перуна. Шесть капищ других языческих божеств располагались на шести других возвышениях, точно соответствовавших углам более широкого шестигранника за пределами Кремля. Они лишь слегка уступали мощи главного Храма.
Находились в столице и привычные глазу землянина многокупольные христианские церкви, католические соборы, мечети и святыни других концессий. Вот только на фоне будто бы светящихся изнутри даже при ярком дневном свете стен шести главных чертогов, они несколько терялись. Хотя, такая терпимость к вере соплеменников казалась странной для Захара, знавшего из истории своего мира, какие баталии шли между людьми разных концессий. Но это соображение, как возникло в разуме, так и растаяло, сметённое иными впечатлениями.
Конечно же, прежде всего, его заинтересовало обилие форм транспортных средств. Дирижабль плыл на небольшой высоте, позволяя рассмотреть всё если и не подробно, то хотя бы основные из них. Мчались поезда, двигались подобия трамваев, катили разнообразные самодвижущиеся повозки. Скакали на лошадях люди в форме – то ли полиция, то ли военные. Несколько раз придирчивый взгляд замечал шагоходы, аккуратно пробиравшиеся в сутолоке проспектов.
Наверное, они прибывали в самый час пик. От того город был больше всего похож на муравейник. С лёгким стрёкотом под днищем дирижабля пронеслись летательные аппараты наподобие того, какой Захар видел у Ветринского.
- Как тебе столица? – спросил Светояр, приобняв за плечи.
- Впечатляет! – не стал разочаровывать его Захар.
Между ними установились если не братские, то дружеские отношения. Наверное, Яр всё ещё не верил в своё полное излечение или ждал какого-то подвоха. И на это у него имелись причины. Он был убеждён в том, что только провинциальная наивность заставляет Зара утверждать, что тот и не думает становиться полноправным наследником короны. Но пройдёт немного времени, тот примерит на себя эту роль и мнение поменяется. Власть над огромной страной – кто же от такого откажется! Воспитание – ёлы-палы…
Ещё сильно задевало обоих слишком спокойное отношение отца к произошедшим с ними переменам. По идее Великий Князь мог бы и более сердечно отнестись к восстановлению сына, но тот только холодно кивнул. И было непонятно: поверил отец или нет. Не мог он видеть существенных изменений. Скорее, как главу рода, его огорчило то, что после этой процедуры, ещё и Светозар лишился своей мощи. Сила восстанавливалась, но очень медленно и неохотно. И вот это прекрасно показывал артефакт. Возможно, что Боримир задумывался, глядя на резко упавшие показатели, над тем, а не зря ли он забрал в столицу Светозара?
Вот последнее вполне устраивало Захара. Он надеялся, что его оставят в покое и позволят делать то, что привлекало его больше всего – заниматься техно-магическим инжинирингом.
- А это что за башни? – спрашивал он у Яра, указывая на поблёскивающую металлом конструкцию, напоминавшую Захару знаменитую Шуховскую башню. Только эта была раза в два выше и формой напоминала вязальную спицу, оплетённую ажурной сетью. Да и количество этих «спиц» стоявших по кругу через определённые промежутки, отделяя центральную часть города от остальной части, поражало своим количеством.