- Да и я в выгоде. Незачем братикам в дружбе быть. Ярик тебе этого ни за что не забудет и не простит. Уж я-то его знаю!..
Права была «змея», даже узнав правду – Захар не будь дураком, записал всё объяснение на кристалл памяти – разговаривал с ним Светояр теперь неохотно и сквозь зубы. Странный у него характер!
8.2
На перроне Казанского вокзала было многолюдно и шумно. Чёрный локомотив, пыхтя и окутываясь клубами пара, прибывал на первый путь. Этот гул на время заглушил все голоса: крики разносчиков газет; бубнёж толстого господина, недовольного всем и вся; свистки городовых, преследовавших какого-то чумазого босяка и прочее, прочее.
- … ты уверена? – прокричала на ухо своей сестре Забава, придерживая на голове шляпку, чтобы ту не унесло.
- Да! – ответила Олёна. Мимо проходили двухэтажные вагоны, и стало немного тише. Поезд замедлял ход.
- Отец будет в гневе, - заметила рыжеволосая, подхватывая свой саквояж. – Но я не настаиваю. Мне, конечно, тоже попадёт, только с этим ничего не поделаешь. Потерплю.
Она нарядилась в новомодное полосатое платье с турнюром и рукавами буф. Надлежало явиться в Академию при полном параде. Это дома она вела себя тише воды, ниже травы, после двойной головомойки от обеих матушек. «Порядочные девицы не должны навязывать своё общество молодым людям!» Ха! Три раза – ха! Каким же образом тогда себе стоящего мужа найти? Но затаилась на время. Зато здесь кто ей может помешать? Весточку от подружки она получила, что наследники великих родов в этом году будут обязаны посещать занятия по боевой подготовке вместе с их курсом! Может быть, она и врёт, но – а вдруг? Вдруг, они пересекутся раньше? Да и вообще, Москва – столица. Здесь столько возможностей невероятных!
- Ну, тогда я пойду, - заявила она, - пока извозчика поймаю… Напиши, как прибудешь…
- Хорошо, - пожала плечиками Олёна.
С Забавой они составляли контрастную пару. Сейчас Олёна более всего напоминала паренька с окраины и молодого мастерового: узкие клетчатые брюки, заправленные в сапоги, широкий кожаный ремень, жилетка, фланелевая рубашка болотного цвета, а поверх – тужурка с карманами. Косу она заправила под объёмную кепку. Пожалуй, не хватало только очков-окуляров с разными прибамбасами. Но денег у девчонки было немного и приходилось экономить.
Олёна проводила сестру глазами, блестевшими от слёз. Ей было немного страшно и чуточку горько. Раньше она никогда и никуда не ездила в одиночестве. И решение перевестись в ЛУКОМОРье было больше спонтанным, чем обдуманным. К этому её подтолкнула беседа с матерью, которой служанка доложила о том из чьей комнаты на рассвете выходила девушка.
- Ты ему не пара, доченька, - втолковывала, несколько успокоившаяся матушка. – Великий Князь уже выбрал ему претенденток из иностранных держав. И, поверь, он не допустит брака своего наследника с девицей из низшего рода. Браки Зара и Яра – это прежде всего выгодные геополитические сделки… Надеюсь, ты не хочешь стать фавориткой?..
Нет, такой участи она не желала! Если и быть с любимым, то не делить его с кем-то ещё.
Все последующие дни Олёна старалась избегать Зара, а он и не настаивал. Только сердечко болело. Хм, её жалела даже Забава, неожиданно прекратив вражду. Надо полагать, что ей не менее дотошно объяснили, что не стоит заморачиваться и надеяться заполучить одного из княжичей себе в мужья. И та снова обратила взгляд на своего отвергнутого жениха, а тот особо и не был против. «Повезло рыжей бестии… - совсем беззлобно подумала Олёна. – Она нашла свою любовь…»
В общем, настроение у неё было мрачное и решительное. Если не встречаться с тем, кто занозой проник в сердце, то постепенно эта рана затянется и не будет так больно. Отчего тогда не осуществить свою мечту и не заняться тем делом, которое влечёт?! Вот и лежит её дорога в ЛУКОМОРье. Княжичи будут учиться в столице, а она – где подальше!
- К первой платформе прибывает скорый поезд Казань – Новые Холмогоры, - раздалось из динамиков. – Стоянка поезда десять минут.
Пассажиры двинулись вперёд. Девушка же, невольно, подняла голову, привлечённая резким граем, спугнутых с облюбованных ригелей, воронов, закруживших под застеклёнными сводами дебаркадера. Это было странно! Олёна даже застыла на месте, глядя на беспокойное кружение птиц, которых нисколько не пугали ни шум, ни пар, ни сигналы подходящего к пирону локомотива.
А когда, наконец, оторвалась от небывалого действа, то вздрогнула: из дверей вокзала не бегом, конечно, но очень скоро вышел и двинулся к остановившимся вагонам никто иной как, Светозар! Это было совсем неожиданно. Олёна даже тряхнула головой и сморгнула. Возможно, что и глаза бы протёрла в изумлении, если бы руки не были заняты.