Несчастная болванка представляла собой плохо расправленный полый конус из нержавеющего металла с разорванными краями. Руки бережно приняли предмет и привычно заскользили по контурам.
- Тонковат… - больше для себя пробормотал парень.
- Уж, какой есть, - обиженно буркнул мастер и обратился к Ивану, - а я говорил Незвану, что не стоит делать … так. А он: «тяжело, трудно выковать…»
Тренировки не прошли даром – это стало приятным бонусом для Захара и полной неожиданностью для наблюдателей. Да, молотком идеально отрихтавать поверхность мастеру не удалось – без особых приспособлений – это трудно. Зато удивление на лицах мужчин не заметить было бы сложно. Брови мастера ползли вверх с каждой манипуляцией. Старик же, даже рот приоткрыл от изумления.
И было с чего! Никаких спецэффектов типа свечения рук или раскалённой поверхности – нет. Пальцы просто скользили по металлу, и тот, выравнивался и разглаживался, будто тёплое сливочное масло под ножом. Всего пара минут и деталь стала идеальнее, чем вышла из кузни.
- Беру свои слова обратно… - проговорил мастер. – Ты, парень, кто? Из какого рода? Много я на своём веку видел силовиков, но чтобы та-ак… - он даже головой покачал. – Тебя с руками и ногами за один этот фокус все столичные академии рвать должны, да с другими воевать…
- Ну, из столицы я сам сбежал, - пожал плечами парень. – Наслушался про тамошнюю науку… так, балду гоняют, а не учат. И даже разбираться не хочу, кто в том виноват – избалованные ранней славой студенты или преподаватели. Мне знания нужны и много, очень много практики.
Он даже спрашивать не стал разрешения и самостоятельно отправился к машине разглаживать повреждения и прилаживать обломки. Никто возражать даже и не подумал. Только на короткий срок отвлёк его от любимой работы мастер:
- Давай, что ли познакомимся, парень? – протянул он мозолистую руку. – Меня зовут Фома Силыч Гроза, может быть, слышал где? Я мастер-механик.
- Ну-у… даже не знаю, а стоит ли скрывать, - с сомнением произнёс Захар, - всё равно, ведь узнаете. Я - Светозар Романов из рода Рюриковичей… вот так как-то, - и пожал протянутую ему руку. – Но лучше просто Зар, так проще общаться.
- М-м-да, - даже крякнул Гроза от такой неожиданности. «Ну, мало ли в стране Рюриковичей? Почитай, с десяток семей… - подумал он. – Да и Романовых тоже …» Как-то не подумалось ему о Великокняжеском семействе. Тем более, что облика наследника он не знал, да и имя у того было другое...
- Так я продолжу? – спросил парень. – Я и с другими материалами могу, как с металлом. А работа для меня в радость.
- Да, да… - кивнул в глубокой задумчивости мастер. – Ты если помощь нужна, то зови…
- Ага! – не оборачиваясь, кивнул Зар. – В мотор не полезу, тут условий подходящих нет: ни ямы, ни лебёдки…
Дорвался парень до любимого дела: выправил и укрепил конструкции, кабину выплавил заново, убрав ненужные перемычки. Да, использовал земную технологию противоударного стекла, только переиначил её на магический лад. Теперь даже если на аппарат бронтозавр наступит или захочет в футбол с ним поиграть, то водительская капсула останется целой и невредимой.
Мастер не мог не нарадоваться такой помощи и сам предложил Зару отправиться с ним в академию. Так что рано поутру Гроза, Захар и Олёна отправились в путь по дну Белого моря.
«Краб» где плыл, а где и шагал по дну, подсвечивая себе дорогу прожекторами, распугивая подводную живность. Наверху всё ещё не утихала буря, а на дне разгул стихии практически не чувствовался. Здесь продолжалась размеренная жизнь: кто-то кого-то караулил, прячась в лесу из водорослей; кто-то поглощалдобычу; сновали стайки серебристых рыбок.
Девушка с восторгом вглядывалась в открывающуюся взгляду «красотень», а мужчины зачем-то затеяли спор на такую тему, как прикладная механика.
У Захара, конечно, сразу же возникло стойкое впечатление, будто он на экзамене, и мастер взялся испытывать его знания. Но с этим всё было в порядке – ибо, разве можно было не знать любимый предмет?! Он даже несколько увлёкся, размышляя на эту тему, и хорошо, если не сболтнул лишнего.
В общем, путь был нескучным и познавательным, а ещё появилось стойкое чувство, что всё будет хорошо.
9.2
- Ну, не могу я его принять! – раздался лязгающий рык из-за дверей Ректора.