Парень и девушка, сидевшие на посетительских стульях, синхронно переглянулись. Ну, нечто подобное Захар и ожидал, узнав, что опоздал. Только после того, как он отремонтировал «Крабика», мастер Гроза стоял за него горой. Надо полагать, что тот просто боялся, что такого уникума просто уведут.
Поэтому вслед за вскриком, переполошившем всех в приёмной, раздался довольно громкий, хотя и неразборчивый бубнёж. Мастер что-то упорно доказывал Бабе Яге, не желая идти на попятную.
В приёмной ректора Захар и Олёна были не одни. Мял свой потрёпанный портфельчик какой-то сутулый господин с длинным носом. Трясся от каждого гневного вопля из кабинета, какой-то паренёк с фингалом под глазом. Комкала белоснежный батистовый платочек какая-то нервная женщина с таким постным лицом, будто она явилась на похороны.
И только секретарь с неизъяснимым хладнокровием печатала на машинке, то и дело, сверяясь с содержимым тонкой папки. Да и, правда, с чего бы ей волноваться? Она делает привычную для себя работу. Вообще, это была сухонькая строгая женщина в возрасте с пенсне со странными стёклами на носу и строгой прилизанной причёской, поэтому назвать её секретаршей, даже на ум не приходило.
- Олёна Родомиловна Залесская, - поманила она рукой к себе девушку, - подойди! Та-ак, вот твой студенческий жетон. – Выложила на стол медальон с эмблемой Лукоморья. – Смотри, не потеряй. По нему будет выплачиваться стипендия, да и вообще, всё – библиотека, столовая, вход в комнату и прочее завязано на него. Восстанавливать долго, артефакт всё-таки! – Ткнула пальцем в какой-то пухлый журнал. – Вот здесь распишись в получении… Вот, и всё. Теперь отправляйся к управляющему. Его комната вправо по коридору под номером тринадцать. Все хозяйственные вопросы с ним.
- Ну, я тогда пойду? – зачем-то спросила Олёна у Захара с виноватым видом.
- Да, да, - кивнул он головой, - иди, оформляйся. Я потом сам тебя найду.
- А ты сможешь? Ну, академия-то большая!.. – засомневалась она.
- Конечно! – заверил её парень. Вот уж в чём - в чём, а в поисках он поднаторел ещё в прежней жизни, подрабатывая курьером в торговой и юридической фирмах. Порой иголку в стоге сена проще найти, чем недобросовестного свидетеля или плательщика.
Эти разговоры отвлекли всех ожидающих приёма, и они не заметили тот момент, когда шум за дверью кабинета стих, а стороны о чём-то договорились.
Не прошло и пары минут, как Олёна ушла, как секретарь встрепенулась и объявила:
- Светозар Романов пройди в кабинет ректора!
Захар метнулся к двери, постучал для порядка, вошёл и поклонился приветственно. И только тогда воззрился на ректора Лукоморья. Даже сморгнул от изумления. Он бы и головой дёрнул, чтобы скинуть этот мнимый морок, но такое было бы уже просто невежливо.
Баба Яга… ну, он, конечно, знал о том, кто управляет сим учебным заведением. Вот только всё ещё сильны были земные стереотипы, допускавшие костяную ногу и нос, который в землю врос, но совсем не тот облик, который шокировал его сейчас не меньше, чем «обухом по голове».
Что сказать?..
На матушке-земле ректора Лукоморья можно было бы смело назвать киборгом. Вся правая сторона тела представляла собой чисто механическую структуру, грубоватую, конечно, но притом и изящную. Она мягко переходила в живую плоть ещё довольно-таки молодой, с виду, женщины. Очень красивой, замечу, женщины, облачённой в синий деловой костюм.
«Вот бы познакомиться с тем мастером, который сотворил эдакое чудо!» - Возникла в голове совершенно неподобающая месту и времени мысль.
- Вот, значит, ты каков, - задумчиво проговорила Баба Яга, - Светозар Романов.
Искусственный глаз женщины загорелся красным, и парень почувствовал, как по его телу сверху вниз прокатилась горячая магическая волна. Его, явно, просканировали.
- Что ж, Фома Силыч, твоя правда, - низкий грудной голос немного вибрировал от непонятных чувств, которые бурлили внутри женщины. – Для нас было бы большим упущением отказать столь щедро одарённому… Оформляй так, как мы решили ранее. Свободны!
Металлические коготки отбили нетерпеливую дробь по столешнице.
Аудиенция закончилась очень быстро. А изумление только выросло, стоило Захару и Грозе вернуться в приёмную.
- Вот, - немедленно протянула секретарь ему совершенно помпезную подвеску из переплетения драгоценных металлов и крупным прозрачным насыщенно малиновым камнем в середине кулона, - это твой нагрудный знак. Потерять, подарить, невозможно. Снять посторонним даже с трупа не получится. Носить всегда и везде! Надевай, чтобы я видела. Все функции завязаны на этом артефакте…
Далее было перечислено всё, что ранее он уже слышал, только по отношению к Олёне, разве что добавилось: