- Чего делаете, беспутные!!!
Девчонки бросили свою жертву, и разбежались. Люда с трудом приподнялась из сугроба и увидела старуху Марьяну, которую в деревне звали «колдуньей» и пугали ею маленьких детей. Она и в самом деле походила на ведьму: сгорбленная, худая, седые пряди волос выбиваются из-под платка, огромные черные глаза на сморщенном лице, в руках - клюка.
- Вставай, пойдем…
Люда, растрепанная, исцарапанная, послушно встала и пошла за старухой. Изба старухи Марьяны была рядом. Внутри – стол, лавка, большой сундук, кровать, тусклое освещение. По углам развешаны пучки трав, они отбрасывали на стены зловещие тени. Старуха посадила девочку на лавку, ее мокрое пальто разложила на печке. Люда сначала сидела молча в каком-то оцепенении, потом ясно представила злобные лица своих одноклассниц, всю картину драки. «За что?» Непрошенные слезы навернулись на глаза, и Люда разрыдалась. Старуха молча достала горшочек с каким-то снадобьем, размешала, вылила в кружку, разбавила и подала Люде.
- Ничего, отольются им твои слезы. На, выпей-ка.
- А что это? Зачем? – Люда испугалась, взглянув в колдовские глаза.
- Пей, не бойся, это для успокоения.
Люда выпила, по телу разлилась приятная истома, плакать расхотелось, стало легко, драка ушла куда-то в далекое прошлое. Старуха протерла поцарапанную щеку мазью, при этом она что-то нашептывала.
- К утру и следа не останется.
Глаза сами собой закрылись.
- Не переживай, никого не бойся, под счастливой звездой родилась, все будет, как хочешь - услышала она голос старухи сквозь сон.
Звездное небо, одинокая звезда подмигивает. Счастливая… Лицо Павлика. «Люд, а Люд, ты зачем уехала? Все же хорошо было…»
Властный голос старухи разбудил ее.
- Просыпайся. Иди домой. Придешь, когда нужно будет.
Люда открыла глаза, оделась, и вышла на улицу. От сна не осталось и следа, она шла быстро и думала: «Подлые трусихи, вы еще пожалеете!» Крупными хлопьями повалил снег, закрывая собой место недавнего побоища.
Дома ее встретила бабушка.
- Почему так поздно?
Люда не стала с ней разговаривать, только рукой махнула небрежно, отвяжись, мол, бабушка, не до тебя. И бабка, как ни странно, замолчала. Люда разделась, забралась на полати и сразу уснула.
- Вчера твоя Аристова с девками новенькую подкараулили и побили, - сообщил Юрке Федя Семкин по дороге в школу, - колдунья ее выручила.
Ты-то откуда знаешь? – спросил Юра недоверчиво.
- Сестра сказала, она в окошко видела.
- Так ведь Аристова болеет.
- Чихала она на болезнь, ей Верка что-то про тебя с новенькой наплела, она и побежала на разборки.
- Нинка поверила Богданихе? Ну и дура - сказал Юрка.
Странная штука, любовь. Давно ли Аристова была для него самым дорогим человеком, а сейчас вызывает раздражение? Наверное, это была любовь ненастоящая, если так быстро прошла.
Юра и Федя вошли в класс. Участников вчерашней драки еще не было. Зато вездесущая Богданова сидела на своем месте и любовалась на себя в зеркало.
- Богданова! Ты почему не оповестила народ о разборке, что вчера вечером состоялась? – спросил Федя, - мы бы все сходили посмотрели!
- Ты о чем? Какая разборка? – взволновалась Богданова.
- А ты не знаешь!? Вот это да! Богданова не в курсе! Как так?! Аристова, Кузя и Маринка новенькую били.
- Врешь?! Ну и что? Чем дело кончилось?
- Пришла старуха Маряна, и прогнала их.
- Откуда старуха - то взялась?
- Как откуда, они же возле ее дома дрались… Нашли место. Не повезло нашим девкам, сейчас старуха их всех заколдует, превратит в жаб или еще в кого, - сказал Федя.
Пришли Танька и Маринка.
- А вот и они, наши лягушки-квакушки, прискакали. А Кузя-то, смотрите, с синяком! Это тебе новенькая вдарила? Молодец! – воскликнул Федя.
- Это, правда, что вы Иванову избили? – спросил Юрка строго.
Танька смутилась, Маринка испугалась.