- Там не все просто, что-то ее волнует, - произнесла колдунья, - перед тобой выбор. Но как ты можешь выбрать, если не знаешь, что тебя там ждет. Не нужно сжигать мосты и хлопать дверью. Поезжай к матери в гости, и тогда поймешь, что делать.
«Как все просто, поехать и посмотреть, не понравится – вернусь, - решила Люда, - интересно, откуда она знает, что я хлопаю дверью? Дурная привычка.»
- Бабушка, а ведь вы можете сделать отворот, пусть мама бросит этого дядьку и вернется к папе, он ее простит, я знаю. И все будет как раньше…
- Не будет, разошлись их пути.
Люда положила письма в карман и ушла от старухи. Она увидела, как из школы идут одноклассники – Федя Семкин и Вера Богданова шагают рядом, разговаривают, смеются. Танька Кузьмина бредет понуро одна. Люда направилась в сторону школы и встретила Юрку, он нес ее сумку.
- Вот ты где! Уроки прогуливаешь? Умчалась куда-то, что случилось?
- Ничего, дела были. Спасибо, что сумку мою не бросил, давай ее, - она протянула руку, но Юрка сумку не отдал, сказал:
- Я сам понесу, не тяжело же, и тебя провожу, а то мало ли что.
Тут появилась Маринка, она приблизилась к Люде с виноватым видом, и проговорила:
- Люда, слушай, прости меня. Это все Нинка, если бы я знала, я бы с ними не пошла, я думала они шутят… правда. Ты не будешь жаловаться?
- Не буду…
- Спасибо, - Маринка радостно помчалась домой.
- А о чем тебя классная спрашивала? – поинтересовался Юрка, - мы подумали, что про вчерашнее говорили. Нет?
- Нет, не про вчерашнее, не бойся, я ничего никому не рассказывала, - ответила она сердито.
- А я и не боюсь, чего мне бояться?
- За Ниночку свою боишься, что ей попадет. А если я скажу, что она из-за тебя это устроила?
Юрка смутился, пробормотал:
- Кто же знал, что она такая истеричка.
- Теперь знаешь. Кстати, ей расскажут, что ты меня провожаешь, еще что-нибудь отчебучит твоя Ниночка, - ехидно заметила Люда.
- Не посмеет…
Вера Богданова снова пришла к Аристовой с новостями.
- Опять прибежала. Не терпится сплетни рассказать. – заворчала Нина.
- У, какая ты, я же с добром к тебе, узнать, не болит ли чего? Вон Кузьмина сегодня с фингалом ходит. Училка спросила, что это у тебя? Она говорит, упала. А ведь все знают, что вы новенькую лупили.
- С чего ты взяла?! – возмутилась Нина, - нужна-то она нам?
- Видно, нужна, если напали. Не прикидывайся, Ниночка. Лопухнулись вы, девоньки. Вас Федькина сестра в окно высмотрела. И Людка классной нажаловалась, я сама видела, как Татьяна ее утешала. Так что выйдешь с больничного и поведут вас к директору, а там, глядишь, и на учет поставят в детской комнате милиции, - Верка сочувственно вздохнула, а Нина заметно побледнела.
- Какой еще учет. Мы и толкнули-то ее пару раз всего, шутя…
- Правильно, Нина, так и говори… А лучше, вали все на Кузю, она с новенькой подралась, а вы разнимали, и все тут. – посоветовала Вера, - Кузе-то ничего не будет, ну, поорет на нее тетка Прасковья, так они каждый день орут. А тебе от отца достанется, он у тебя шибко строгий…
Нинка задумалась, дело приобретало опасный поворот. А Верка продолжала:
- А главное, результат - то получился не тот. Юрка теперь новенькую провожает до дома, сумку ее носит. А тебя назвал дурой!
- Не ври! Сама ты дура!
- Ой, ой, ой! Я не вру, больно надо, можешь у Федьки спросить.
- Он не мог так сказать!
- А сказал… Я думаю, новенькая его приворожила, она ведь со старухой Маряной подружилась. А колдунья -то все может: и приворот, и отворот, и заклятье наслать, - Вера перешла на шепот. У Нины глаза сделались большие-большие.
- Глупости все это, - сказала она неуверенно.
- Так уж и глупости. Не веришь, а зря…
Пришла Танька Кузьмина, расстегнула свое старенькое пальтишко и уселась в уголок.
- Ну ладно, я пойду, - засуетилась Богданова, - но вы еще увидите, он будет ходить за ней, как привязанный.
Местная сплетница ушла, уверенная в своей правоте.
- Тань, неужели это правда? – спросила Аристова, и голос у нее был жалобный.