Наконец фильм закончился. Юлька встала.
— Я пошла спать, а ты, если хочешь, пощелкай, может, что интересное найдешь.
Светка закрыла глаза.
— Спокойной ночи, Юль, спасибо тебе.
— Хватит уже свое спасибо раздавать, спи спокойно и, как говорят, на новом месте приснись жених невесте.
— Не смеши. Ты много видела невест в пятьдесят три года?
— Ну особо не видела, но ты ведь такая хорошая, добрая.
— А ты, выходит, злая?
— Нет, не злая.
— Тогда какие женихи?
— А мне зачем, все время говоришь, чтобы я себе мужика нашла.
— Ты другое дело. Ты половину сознательной своей жизни одна прожила, а я по самое горло наелась ими. Никого видеть не могу. Нет никакой любви на белом свете, все это лишь физическое влечение. Мать-природа требует продолжения рода, вот и вьются возле нас самцы, а когда надоедаем, бросают, да еще с таким безразличием, как будто это не они совсем недавно обнимали, любили и пылали страстью. Теперь они другим говорят прекрасные слова, других целуют и не могут наглядеться. Ой, все, Юлька, иди ты с этими мужиками в дырень, совсем голову заморочила.
— Все поняла, испаряюсь. Говорят, время лечит, может, и ты со временем все переосмыслишь.
— Глупая ты, время не лечит, наоборот, оно пытается постоянно напомнить о прошлом. Будто сама не понимаешь. Ты вон сколько без своего прожила, а легче, что ли, не мучают обиды.
— Ну, бывает иногда. Хорошего так и не видела в своей жизни.
— Нет, Юлька, не говори глупости, последний твой был хоть куда, будет, что в старости вспомнить. А вот мне лучше ничего не вспоминать, тошно от всего и гадко. Ты спать мне дашь?
— Все, испаряюсь.
Юлька ушла в другую комнату и прикрыла дверь.
«Вот так и мне нужно закрыть еще одну дверь, плотно и наглухо, и никогда не открывать ее. Сколько этих дверей ты закрыла, девочка моя, откуда только у тебя силы берутся. Юлька, дуреха смешная, со своими советами… И надо же до такого додуматься…»
— На новом месте приснись жених невесте, — с улыбкой на устах и щемящей жалостью к себе прошептала Светка и погрузилась в сон.
Сон был беспокойным. За ней кто-то гнался, но кто — было не разобрать. Страх душил так, что дыхание замирало, когда она в очередной раз спотыкалась и падала, а сердце стучало словно набат, глухо и с надрывом. Почувствовав чужое дыхание на своих волосах, поднималась, от трепета едва стоя на трясущихся ногах, и вновь бежала. И когда уже потеряла веру и надежду на спасение, ее схватили за руку. От неожиданности она еще больше испугалась и попыталась вырваться. Но захват был крепким, сильные руки прижали ее к мужскому телу. Светка глубоко дышала, сердце продолжало стучать учащенно и с надрывом, отвлекая своим бешеным ритмом от голоса возле ее уха, шептавшего что-то.
Светка замерла, от мужчины исходили мощь и спокойствие. Но самым необычным и непривычным было для нее чувствовать сильные мужские руки, так нежно прижимающие ее. Ей стало спокойно и тепло в объятиях, она уже никого не боялась, все страхи улетучились, хотелось, чтобы этот мужчина никогда не разжимал своих рук. Она прижалась к нему, оперлась головой о его грудь и наконец услышала, что он говорит.
— Тише, маленькая, успокойся. Я рядом.
От его бархатистого голоса и горячего дыхания по ее телу пробежала горячая волна мурашек. Мужчина откинул копну ее светлых волос с шеи, нежно прошелся губами до уха, захватил мочку, чуть прикусил.
Ноги Светки от прикосновений его губ стали ватными. Дыхание мужчины участилось. Он целовал ее шею, плечи, сильные руки нежно ласкали ее тело, раз за разом цепляя пальцами затвердевшие соски, заводя Светку, еще больше возбуждая. Стоны желания раз за разом срывались с ее губ, пальцы сжимались от нестерпимого наслаждения, что испытывала Светка в его крепких руках. Волна страсти накрыла с головой, отключила от всего мира, поместив в кокон, сотканный из ласк и нежности. Был только этот мужчина: его губы, его жаркое дыхание, его руки, заставляющие ее тело трепетать и изнывать от желания познать его в себе. Сил сдерживаться не хватало. Светлана повернулась и уткнулась лицом в его грудь, удивившись росту незнакомца.