— Вы — ангел? И я в раю, — тихо промолвила Светка и тут же услышала голос бабки, раздававшейся из ее спальни.
— Ну что, очнулась, горемычная?!
Светка простонала, моргнула, последние слезинки скатились по вискам и все волшебство исчезло.
— Нет, ошиблась, опять в аду, — разочарованно промолвила она и замолчала.
— Вот видите, я ведь говорил, что ни в какую больницу не надо.
Мужчина, сидевший возле нее, встал и на его место присел другой — в белом халате, потрогав ее лоб.
— Как вы себя чувствуете? У вас была высокая температура, возможно, из-за нервного срыва, а может, еще какая другая причина. Беречь нужно себя, так что желаю вам скорейшего выздоровления.
— А можно я вам кое-что пожелаю.
Доктор удивленно посмотрел на женщину и с ухмылкой кивнул в знак одобрения.
— Вы меня простите, доктор, только утянет сущность вас в свой зеленый омут, все разрушит.
— Это вы о чем сейчас?
Он взял Светкину руку и стал слушать пульс, убедившись, что пульс в норме, потрогал ее лоб и с непониманием посмотрел на нее.
— Доктор, не переживайте за меня, мне уже легче, а вот вам неимоверно хочется выпить.
Светка видела, как сущность сзади доктора вот уже четыре раза поднимала руку и, запрокинув голову, имитировала глотание, а затем блаженно качалась из стороны в сторону.
— Погубит она вас, уничтожит все: любовь, семью, счастье. Вы потеряете работу, у вас заведутся новые друзья, потому что у нее одно лишь желание — насладиться вашим пороком, а может, она и толкает вас к этому пороку. Желание ее велико, хочет высосать вас до самого дна, опустошить и превратить в управляемую ей оболочку. А почему оболочку, да потому что ничего человеческого в вас больше не останется. Не думайте, что у меня бред, мне вдруг стало вас жалко, а может, та чаша, которую мне с недавнего времени приходится нести, слишком тяжела и хочется скинуть с плеч непосильную ношу. Простите меня, я не должна была так поступать, даже не имела никакого права на такую речь. Больно и тяжко на душе, поэтому и раскидываю свой яд и обижаю ни в чем не повинных людей. Забудьте обо всем, что я только что говорила. Живите как жили, потому что очень мало людей, которые вырываются из этого плена. Если смотреть на спившихся людей, да и не только на них, а на тех, кто имеет другие пороки, то приходит понимание того, что никто из них не замечает, в какую бездну они погружаются. Слишком манящий и дурманящий соблазн, перед которым трудно устоять. Слишком сильно нужно любить жизнь и дорожить ею, а осознать, куда ведет тебя эта дорога, сможет не каждый. Простите меня еще раз, доктор, какой-то сумбур в голове, да и не смотрите на меня так, психушку тоже, прошу, не вызывайте.
— Да я и не собирался. Что, и правда видите? Экстрасенс, что ли?
— Вижу, только видят ли экстрасенсы то, что вижу я — не знаю, да если честно, и знать не хочу. Устала я, спать хочется, вы меня простите.
Светка натянула одеяло до самой головы и закрыла глаза.
Виктор постоял еще какое-то время, смотря на уже спящую пациентку, и переосмысливал услышанное. Можно было, конечно, все, что сказала больная, назвать осложнением после высокой температуры. Да только права была эта женщина, на все сто процентов — права. Выпить хотелось неимоверно, и продолжается это уже бог знает какое время. И с работы его уже перевели. Был ведь отличным хирургом, а теперь вот на скорой работает, и тут его терпят только потому, что врачей не хватает. Он повернулся и посмотрел на стоящего рядом мужчину с тревогой в глазах.
— Я не совсем понял, о чем это она сейчас говорила.
«А тебе и ни к чему знать», — подумал он.
— Бывают осложнения после высокой температуры, может, книжек начиталась каких, женщины такие слабые существа, вот и перемешалось все в голове, а после такой температуры немудрено. Я оставлю вам свой номер телефона, в случае непредвиденных обстоятельств, звоните.
Он взял свой чемоданчик и направился к выходу.
Было видно, что мужчине совсем не хотелось оставаться одному с больной женщиной, да еще незнакомой, но помимо этого у него еще была капризная мать.
— Вы бы не могли еще раз перед уходом осмотреть мою мать.