— Ты знал об их плане? Эта вся ваша компашка придумала? — рычу ему в лицо. — Говори, мать твою…
— Нет, не знал. Но когда вы все танцевали, видел что у вашего столика крутилась Алиса.
— Алиса?!
— Да! И эта еще девчонка с голубыми волосами.
— Ничего не понимаю….
— Сын! Успокоился!? — спрашивает отец. — Отпусти ты его. — требует он. — Поехали. Есть разговор.
Мы выходим из клиники, садимся в его тачку. Тимур везет нас в офис к отцу. Мы заходим в кабинет. А тут уже все. Алиса, Виктория, Лера, Арина и Егор. Смотрю на него вопросительно.
— Просто помог Тимуру — говорит он. — Но я не обижаюсь, я бы подозревал даже себя — ухмыляется он. И мы по братски пожимаем руки.
Отец запускает видео на экране. Это клуб и наш столик. Вот около него Алиса и Виктория, сыпят белый порошок в бокал Златы и хихикают. Убью, вот кто зачинщики. Получается Золотарев и Милана или их совместный план.
— Говори! — рычу я.
— Да достал ты со своей курицей нянчится. Со мной, ты так себя никогда не вел! — орет на.
— Я убью тебя с*ка, по стене размажу! — реву я и бросаюсь в ее сторону. Меня за шкирку хватает Тимур.
— Дальше. — рявкает отец со сталью в голосе. Даже я его боюсь таким.
— Что дальше? — спрашивает тихо.
— Что должно было быть дальше? — шипит отец.
— Я ничего не знала, — говорит Лера, когда отец проходится по ним взглядом.
— Я тоже — вторит ей Арина.
— Свободны — рявкает он.
Они поднимаются и выходят из комнаты. Лера проходя мимо Егора так смотрит на него, но он лишь отводит взгляд.
— А вас я очень внимательно слушаю!
— Это она все придумала! — резко выдает Виктория. — Она давно сходит по тебе с ума, только не Золотарев должен был ее лапать, а два парня которым она заплатила…
— Заткнись….
— Да пошла ты, ты говорила что просто посмеемся над ней, пока я не увидела тех громил и что ты им пообещала.
— И что же она пообещала? — спрашивает отец.
— Она им девку, они ей кино интересное. Она знает, что ты бы потом ее бросил, не смог простить. Ну подумаешь девка перебрала и свалила. Никому ничего не сказав. Но Милана с Артемом тоже ее услышали и перехватили Злату. А дальше вы все знаете.
— Убью тебя, тварь.
— Дима — хватает меня отец. — Включи голову, остынь.
— Ты издеваешься….
— Она получит свое наказание — по глазам отца вижу, что выполнит. — Тимур проводи Викторию, маленькая она еще.
Вика уходит с Тимуром. А Алиса подскакивает на месте….
— Вы не имеете права, мой отец вас всех убьет….
— Ну после такого признания, врятли. Ему бы потом отмыться от славы которую ты ему уготовила. Сядь! — рявкает он в конце. — Что подмешали Злате?
— Не знаю, мне дали и сказали что будеть течь как сучка, обслужит хоть десятерых.
Отец кивает другом парню и тот выходит за дверь.
Заходит Тимур через пол часа и кидает пакетик с таблеткой на стол.
— Пей — приказывает отец.
— Не буду!
— Ты выпьешь, а потом….
В комнату заводят тех двух бугаев, которых описала Вика охране.
Глаза Алисы расширяются от ужаса:
— Вы не посмеете! — орет она.
— Ну почему же, тебе же отец их достал! Знаю, что он. А ты так с девочкой не хорошо поступила. Еще убила моего внука. Пей таблетку, тебя спасать некому.
— Не буду.
— Помогите девушке.
Двое парней подходят к ней и хватают за руки, один держит второй закидывает таблетки и вливает воду. Через десять минут, она становится как кукла. Какой и была Злата.
— Отвезите их к ней домой, там снимите фильм. Да и помните проснуться она долна от своих звуков в этом фильме. Только после того как эти поиграют с ней, выгоните их. А то не дай бог замучают девочку. — командует отец. — Тимур все на твоем контроле.
Алису перекидывают через плечо и выносят, этих толкают в спину и все выходят.
— Что так смотрите? Считаете жестоко? — спрашивает отец.
— Нет. — спокойно выдыхает Егор. — Таким можно что-то объяснить только их же методами.
— Вот и славно. А теперь по домам. Ты к Злате? — спрашивает отец.
— Да.
Много всего произошло за один вечер. Гибель Золотарева и Миланы. Гибель моего ребенка, передозировка Златы и эти разборки.
— Сын! — останавливает меня отец около машины. Егор уже уехал.
— Да.
— Ты должен быть сильным, ты нужен сейчас Злате как никогда. Это сложно, потеря ребенка. — я смотрю на него вопросительно.
— После тебя у мамы был выкидыш, и она его не пережила. Вот поэтому все было так тяжело. Я ее любил, но моей любви не хватило. И твоей тоже. Я лишь после смерти понял, что она любила больше всех себя. А потом только меня и тебя.