—Я пришёл не для того, чтобы забрать. А наоборот, кое-что дать тебе, - продолжал он, сверля ее своими огромными глазами.
В этот момент девушка растерялась. Она уже приготовилась к тому, что сейчас будет съедена, или просто разорвана в клочья. Но кажется сюжет знакомой с детства сказки изменился... Несчастную Красную Шапочку не собираются превращать в поздний ужин. Но что тогда нужно этому зверю? Если он конечно вообще существует, а не является просто частью больного сознания девушки. На тот момент ей казалось что по ней и правда психушка плачет. По крайней мере, она на это сильно надеялась.
—Я уже давно наблюдаю за тобой...- продолжал он. Звучало это ещё больше пугающе, чем само его появление. В голове Виолы сумасшедшим калейдоскопом полетели тысячи лиц. Отдыхающих и работников. Она искала в своём подсознании хоть какой-то намёк. Хоть какую-то подсказку. Круг резко сузился когда до неё дошёл смысл фразы.
«Давно..». Значит кто-то из работников. Но даже это не натолкнуло ее на каких-то определённых личностей.
—Твоя кровь так же горяча, как и моя... - рычал Волк, - Взгляни на свои ладони, - только сейчас девушка поняла, что оцепенение ее отпустило, и она как солдат по приказу командира посмотрела на свои руки. Кровавые полумесяцы. Это напоминание. О том, в какой ярости она сегодня пребывала. Затем вновь перевела взгляд на зверя. В ней снова заискрились отголоски того едкого и мерзкого, которое она испытала днём. И вновь эта кривая ухмылка на волчьей морде, - Сегодня ты пустила первую кровь. Я чувствую как ярость разливается по твоим венам от одной лишь мысли обо всей той боли, которую они все тебе причиняют. Я могу помочь тебе. - его слова были похожи на слова чертика, который обычно вместе с ангелом сидят на плечах у каждого человека. Его речи были как у змея-искусителя из Библии. Сладкими, тягучими, как патока. Он будто знал все тайные скрытые мысли девушки, хранящиеся где-то на задворках ее подсознания. Эти мысли пугали, но в то же время казались такими манящими. Где-то глубоко в душе девушка желала мстить, и последнее время это желание стало вырываться все чаще.
—Даже если и так...- взяв себя в руки и взглянув в глубокие как омут янтарные глаза, проговорила девушка. - Какое отношение ко всему этому имеешь ты?
И вновь эта ухмылка. Даже клыки слегка показались.
—Ты такая же как я. Ты всегда была добра ко мне, - теперь Виола уже без труда могла разобрать слова. - И я хочу отблагодарить тебя за твою доброту...
—Почему я должна тебе верить?- усмехнувшись, скорее больше от отчаяния, чем от веселья, произнесла она. Тело стало каким-то ватным и непослушным. Искры безразличия и смирения появились в сердце и током разбежались по хрупкому обмякшему в мгновение ока телу. Усталость, скопившаяся за все время обрушилась на девушку как потоки холодного пронизывающего дождя, от которого нигде не найти спасения. У неё не было сил ни на страх, ни на злость, ни на печаль. Мозг упорно отказывался работать и вскоре девушка откинула тщетные попытки угадать кто скрывается под «маской» Волка. Все, кто ее окружают, вдруг стали какими-то безликими и далекими куклами, которыми управлял злой и умелый кукловод по имени Жизнь.
Слёзы высохли. На них сил тоже не осталось. Об их существовании напоминали лишь соленые иссушенные дорожки на щеках. Карии глаза смотрели в никуда. Девушка тоже чувствовала себя марионеткой. Невидимые нити будто были привязаны к запястьям, локтям, плечам, ногам и голове. Она ощущала себя безвольной и малозначащей куклой в чьих-то умелых руках. Будто вся ее жизнь была заранее распланирована. Виола почему-то представила, как ее покупает в магазине игрушек какая-то маленькая девочка с огромными голубыми глазами и пушистыми ресницами, несёт домой в красивой цветастой упаковке, и прежде чем начать играть, внимательно читает инструкцию. Инструкцию написанную к ее жизни. От пункта к пункту. От мгновения к мгновению. Инструкция в которой записана каждая секунда. Каждый поворот головы. Каждое движение пальцев. Каждый вдох.
От этих мыслей по шелковистой коже пробежали мурашки. Девушка долго пыталась понять причину этих ощущений. Слово вертелось в голове, но из-за усталости, навлёкшей какую-то пелену, она не могла его вспомнить. Как будто пытаешься разглядеть какой-то предмет в очень густом тумане. Силуэт кажется таким знакомым, но ты все равно не понимаешь что это.
Потом у неё в голове будто щелкнуло. Она не чувствовала себя живой... Именно это слово вертелось у неё на языке так долго. Живой... Да, со стороны физиологии девушка жила. Дышала, двигалась, питалась. Но это было не то. Это называется существование. Ты делаешь что-то просто чтобы поддерживать свою жизнедеятельность. Но не получаешь никакого удовольствия. Ни от чего. Ощущение пустоты и одиночества нарастало. Девушка чувствовала всю свою ничтожность. Она была песчинкой в этом огромном мире. Ей ничего не подвластно.
В чувство ее привело обжигающее дыхание огромного зверя, обдавшее ее побелевшее как мел лицо. Янтарные, близкие по цвету к золотым глаза вглядывались в девушку, прожигая ее насквозь. Волк будто видел ее изнутри... Всю ее тоску. Всю ее боль.