Он был так близко, что Тэлли ощущала биение его сердца. Оно билось ровно и спокойно, в отличие от её. Её сердце порхало как птица в силках, пытаясь вырваться наружу. Она медленно положила свою руку на его плечо, ощущая пальцами мягкую ткань его рубашки и сильное тело под ней. Проведя рукой по его плечу, она восхитилась его крепким мышцам, будто стальным.
— Видишь, это несложно, — Хейл наклонился к ней так близко, что на шее она вновь ощутила жар его дыхания. По всему телу у неё разошлись мурашки. — Вдох, — Тэлли тут же вдохнула. — Выдох, — она выдохнула. — Тэлли, во время танца я не смогу следить за твоим дыханием, поэтому не забывай, пожалуйста, дышать, — выпрямившись, он нежно посмотрел на неё. Его серые глаза излучали такое огромное количество тепла, что ей казалось, она начала таять под его взглядом.
Хейл смотрел на девушку и восхищался ею. У Тэлли не было той классической красоты, к которой он привык у аури, но её внутренний огонь, её радость, восхищение от любой мелочи, заливистый смех и неугомонная энергия, бьющая через край, пленили его. И покорили настолько, что в последнее время он ни о ком другом и думать не мог, он хотел её, хотел быть только с ней.
Она всё ещё была прижата к его телу, и продолжала прислушиваться к биению его сердца. Оно билось уже гораздо быстрее, и она не понимала, почему. Они ещё не начали танцевать. Тэлли сделала глубокий вдох и вдохнула его чарующий аромат, он пах так завораживающе приятно, что ей показалось глупым забывать дышать им.
Хейл снова тепло ей улыбнулся.
— Доверься мне.
И он начал двигаться. Он делал медленные, осторожные шаги, то вперёд, то вбок, чтобы девушка освоилась в их совместном движении. Хейл всё держал под контролем, но важно было, чтобы она доверилась ему и стала его продолжением в танце.
Тэлли было очень страшно, что она не удержится или упадёт. Она запаниковала — её взгляд заметался. Он прижал её ещё сильнее к себе.
— Смотри на меня. Смотри только на меня, — приказал он едва слышным шёпотом.
Тэлли подняла глаза и вновь встретилась с его взглядом. Он улыбнулся.
— Дыши.
Она тут же послушно вдохнула и ещё ярче ощутила его аромат. Сосредоточившись на стуке сердца мужчины, она перестала слышать музыку и гул разговоров. Всё её тело и разум словно захватило его сердцебиение, подчиняя своему ритму. Они двигались в каком-то известном для всех аури танце, но она полностью отдалась во власть мужчине и неотрывно смотрела прямо ему в глаза, чувствуя, что в этом мире остались только он и его ритмично бьющееся сердце. Через какое-то время её сердце полностью подчинилось его биению, и стало биться ровнее и спокойнее. Их сердца стучали одновременно, и казалось, что их совместный звук перекрывает и звук музыки, и шум зала, и всего мира. Тэлли тонула в его глазах, в их радостном свете и тепле. Они начинали двигаться всё быстрее и быстрее, но в его глазах мир будто застыл. Хейл не отводил от неё взгляд, лишь иногда улыбался ей своей новой тёплой улыбкой, от которой у него на щеках появлялись маленькие ямочки.
В какой-то момент, когда движения стали совсем быстрыми, он так крепко прижал её к себе, что ей показалось, что они скоро станут единым целым. Желая поскорее воплотить это, Тэлли медленно провела рукой по его плечу выше, прикоснувшись к его шее пальцами. Его кожа была такой гладкой и горячей, а её пальцы — холодными. Хейл слегка вздрогнул и на миг прикрыл глаза.
— Дыши, — прошептал он на выдохе.
— Я дышу, — с улыбкой ответила Тэлли и вновь провела пальцами по его шее, наслаждаясь ощущениями и его близким присутствием. Осмелев, она запустила свои пальцы в его волосы, млея от их шелковистости. Её рука спустилась ниже, и вновь нежно провела пальцами по коже.
— Это было не тебе, — улыбнулся он и вновь посмотрел на неё.
На этот раз в них было уже не тепло, в них был жгучий огонь. Он замедлил темп и наклонился к её шее. Тэлли ожидала, что он что-то прошепчет ей на ухо, но вместо этого ощутила на шее его губы. Он прижался к её коже всего на мгновение, но от этого места, где его губы коснулись её, по телу пронеслась молния, вызывая непрекращающиеся волны мурашек. Тэлли издала тихий стон от удовольствия, которое было ни с чем не сравнимым.
Хейл хитро улыбнулся, заметив её реакцию на его поцелуй.
— Будешь баловаться, я не останусь в долгу.
Ей показалось это забавным, и она широко улыбнулась. И как только она это сделала, весь страх пропал. Тэлли чувствовала движения танца, ощущала, как движется его тело, как двигаются его мышцы под одеждой, как билось его сердце, и как её сердце вторило ему. Его дыхание было созвучно с её. Она ощущала, что они кружатся по залу, то быстрее, то медленнее, но это было неважно. Они были одним целым и двигались, и дышали в унисон. И стук их сердец стал одним на двоих. Тэлли улыбалась, ей было так хорошо сейчас. Она была совершенно, неизгладимо, неисправимо счастлива. И она засмеялась. Её смех был не похож на её собственный, как будто кто-то другой с прекрасным голосом, как колокольчики, смеялся вместо неё. Она смотрела на Хейла и видела, как он улыбается. Улыбается только ей одной.