Светлое Христово Воскресение 16 апреля 1777 года мы всей семьей встретили в нашем усинском храме. Чему я был безмерно удивлен, товарищ Нострадамус просто стучал изнутри моей головы: жди известия.
Известие принес в пасхальный полдень гонец из Усть-Уса, принесший просто невероятную весть. На остров, ниже по течению Енисея, вышел обоз саней тридцать и два десятка верховых. На санях в основном бабы и дети. Всего около сотни мужиков и баб и сотни полторы ребятни. Дальше идти бояться, лед трещит.
А ближе к вечеру прискакал гонец от лейтенанта Шишкина с донесением, что Ольчею пришло с юга известие, со дня на день надо ждать гостей.
Вечером собрался военный совет, капитан Пантелеев, срочно приехавшие с завода господа Маханов и Миронов, мой тесть, которого и в глаза и за глаза стали называть комендантом Усинска, произведенный в лейтенанты нашей гвардии бывший казачий хорунжий Панкрат Рыжов, Степан Гордеевич, Лонгин и я.
— Какие мнения, господа и товарищи, — я решил свое мнение держать при себе до последнего, — начинаем по русской традиции с младшего, — чуть не ляпнул про суворовскую традицию, слава Суворова еще впереди. Искоса глянул на Ерофея, на самом деле есть ли такая традиция в русской армии сейчас или нет, не ведомо. Капитан сама невозмутимость, чисто выбрит, одет как франт, потрепанный мундирчик заменил на новенький почти с иголочки. Как и когда Анна Петровна сумела его приодеть? Загадка.
— Степан Гордеевич, твое слово, — Степан самый младший, ему и начинать.
Степан весь стал пунцовым, запылали даже кисти, встал, откашлялся и стараясь басить, заговорил:
— Я, ваша светлость, в военных делах мало смыслю и там, на Енисее не был. Проку от моего мнения мало. Что вы, — Степан запнулся, но быстро поправился, — мы решим, так и будет, я только могу сказать про наши запасы.
— Лонгин, твоя очередь.
— По льду, думаю, сейчас уже не пройдут. Ус местами уже вскрылся и кое-где даже лед сошел. Знаю только одно, медлить нельзя, судя по всему в половодье Енисей остров заливает, — я кивнул соглашаясь. Степан верно подметил зачем он здесь, Лонгин был по другой причине, он у нас стал главным контактером с тувинцами.
— Степан, сколько мы железных полос произвели? Я немного сегодня отвлекся, — Петр Сергеевич и Яков тихонько перешептывались и что-то чертили на листе бумаги. Они только что прекратили шептаться.
— Двадцать восемь, пять метров на ноль два и на ноль два, — длина пять метров, ширина и толщина по двадцать сантиметров, отметил я про себя.
— Вот что мы с Яковом Ивановичем предлагаем. Какое минимальное расстояние от берега до острова?
— Метров тридцать, точно не промеряли, — ответил Ерофей.
— Я шагами мерил, не больше шестнадцати саженей, — уверенно сказал Лонгин, когда он интересно успел?
— Шестнадцать саженей это тридцать четыре метра с хвостиком. Берем восемь полос, стягиваем болтами, ставим на ребро для прочности и закрепляем на берегах на высоте два метра, это сажень если кому не понятно, — пока Петр Сергеевич объяснял, Яков положил один чертеж передо мной, другой пустил по кругу. — Делаем деревянный квадратный короб, четыре на четыре, высотой полтора метра. Ставим на четыре или пять широких полоза, крепим к металлической полосе на высоте полтора метра и веревками тягаем туда-сюда, — Петр Сергеевич цепко и внимательно оглядел каждого, понятно ли. — Что бы не терять время кузнецы и токаря уже работают. К полуночи думаю полосы будут готовы, нужен короб, по хорошему два и скорее в Усть-Ус. Досок вот только на заводе сейчас нет, всё использовали.
— Степан, у нас здесь доски есть? — Степан кивнул, да. — Тебе идея понятна?
— Да, ваша светлость.
— Дуй к Кондрату, распорядись, на завод с факелами доски и мужики. Утром должны выступить.
— Григорий Иванович, вы решайте военные вопросы, Яков Иванович с вами, — господин инженер решил внести свои коррективы. — Я со Степаном к Кондрату, пока они все организуют, я на завод, что бы там успели.
— Хорошо, Петр Сергеевич, так даже лучше. А дорога как не развезло?
— Еще как развезло, да потом так подморозила, любо-дорого смотреть, даже жалко, что растает. Не будем терять время, разрешите, господа откланяться.
Господин инженер со Степаном почти бегом поспешили к Кондрату.