— Да, из кубометра мы получили три литра гелия, — подтвердил Яков.
— Тогда конструкцию дирижабля разработаем мы с Игнатом, — опять подключился в обсуждению Петр Сергеевич. — Яков и Илья материалы. И как я понимаю, это один из наших приоритетов.
Акценты господин инженер расставил абсолютно правильно. Создание и последующее строительство дирижаблей это действительно один из наших приоритетов. Будет у нас воздушный флот — разобьем любого противника: Китай — если снова полезут, осуществим предлагаемый Клеопатрой поход в Среднюю Азию и даже разобьем Наполеона под Аустерлицем.
Эта мысль столь стремительно пришла мне в голову, что я даже явственно похолодел. А почему собственно нет. Всего лишь двадцать лет с одной стороны и целых двадцать с другой. Вполне реальная цель развития к которой надо стремиться.
Закончив тему дирижабль, мы обсудили план нашего развития и внесли в него один существенный корректив: изучение и разработка газового месторождения в Порожном. Нам нужен гелий, это раз. Два, нам нужно всё, что можно получить из газа и то, что может работать на нем.
Обо всем этом я размышлял когда не спеша ехал в Усть-Ус. Прошло всего девять лет, а мы уже обсуждаем и решаем такие проблемы. Даже самому не верится. Но факт есть факт.
Афанасий Леонов был можно сказать на низком старте. У него все готово чтобы перебежать по мосту на другой берег Енисея и начать вгрызаться с скалы и горы на пути к Абазе. Его поисковые партии уже ножками прошли маршрут и наметили как пойдет дорога. Он просит направить к нему почти тысячу китайских семей, конечно не сразу, а в течении года — главное создать людям сносные условия для жизни на том берегу.
За осень он планирует из почти ста шестидесяти километров, это если считать по прямой, пройти первые километров тридцать до первых серьезных гор. Предстоящей зимой надо будет заниматься строительством мостов на пройденном маршруте и первого достаточно большого села с почтовой станцией перед хребтом и конечно подготовкой броска через Саянский хребет.
Обсуждать что либо с Афанасием не надо, это пустая трата времени, у него все обсужденно и проверено. Только надо дать команду: «Вперед». Что я и делаю в буквальном смысле.
Леонов вышел из палатки на правом берегу Енисея возле своего моста и махнул рукой. В ту же секунду готовый к движению караван из тридцати телег тронулся в путь.
Первыми идет опытная и проверенная бригада пробивавшая еще недавно дорогу до Порожного по нашему берегу Енисея. Но сейчас их там сменила китайская бригада, которая должна доделать начатое. По мнению Леонова то, что там осталось делать просто легкота по сравнению с тем, что уже сделано.
Но китайская бригада в легком ужасе, похоже ничего подобного они и близко не видели и явно не ожидали таких работ. Интересно, чтобы они сказали если видели бы самое начало строительства дороги.
Надо сказать, что это у них впереди. Весной их сменит другая бригада, а эти, уже понабравшись опыта, пойдут с Леоновским авангардом через Саянский хребет.
Через два часа на левом берегу Енисея раздались первые взрывы — строительство дороги до Абазы началось. Мы же с Леоновым, дождавшись этого сигнала, двинулись по дороге, вдоль левого берега на север — в Порожное. Частично это еще тропа на участке от большого Тепселя. Но везде можно без проблем пройти. Китайская бригада и должна за осень и зиму довести всё здесь до ума.
По этому маршруту я уже ездил, но мне по прежнему не верится в его реальность, также как я до сих пор не могу привыкнуть к мосту через Енисей. Каждый раз я с каким-то умилением смотрю на него.
Афанасий пару раз забрасывал удочку со строительством моста над Большим порогом. Я ничего ему не говорю, но знаю что это реально. Хотя в его предложении есть совершенно фантастическая вещь — строительство опоры моста на самом пороге.
От Усть-Уса до устья Большого Тепселя Леонов поставил три почтовых станции, я предполагал, что на последней из них мы проведем ночь и ранним утром продолжим наш путь. Но Афанасий предложил ехать дальше. Проводник, несмотря на уже наступившие сумерки, уверенно повел нас по дороге и глубоким вечером мы добрались до цели — устья Большого Тепселя.
Это была примерно середина пути от Порожного до Усть-Уса, верст по тридцать в оба конца и здесь была поставлена самая большая почтовая станция на маршруте. Зимой обозы, идущие в обе стороны по льду Енисея, делали здесь остановки, также как и караулы, постоянно патрулирующие дорогу. После инцидента с Машенькой движение в одиночку было категорически запрещено.