Светлое будущее

Потом мы начали спорить об антисемитизме в населении. Некоторая ясность, наступившая после речи Димы, была утрачена. Мы переругались. Потом помирились. Потом выпили за то, чтобы Они все сдохли. Потом за то, чтобы ИМ БЫЛО ХУЖЕ.

По дороге домой Антон сказал, что у нас много важных проблем, которые мы не способны решить из-за нежелания добиваться крайней откровенности. Вот, например, в еврейской проблеме у нас есть такие аспекты, о которых все стыдливо умалчивают по тем или иным соображениям. Между прочим, и в идеологии бывает так. Попробуй скажи в среде наших оппозиционеров, что марксизм — серьезная штука. Засмеют! Попробуй скажи там, что тебе не нравится Солженицын как писатель. Заклеймят!

— Неужели Димка уедет, — сказал я. — Жаль. Очень жаль. Круг близких людей катастрофически сокращается.

Дома Ленка, зайдя поцеловать меня на сон грядущий, спросила между прочим, что такое интернационализм. Я начал было объяснять. Но она махнула рукой:

— Ерунда это все. Устарело. Интернационализм — это когда русский, грузин, украинец, чуваш, узбек и прочие собираются вместе и идут бить евреев.

ОПЯТЬ ЛЕНКА

Ленка прибежала из школы, закинула портфель в свою комнату и, не поздоровавшись, выпалила стихотворение:

Когда коварный враг напал,
Он стал без войска генерал.
Когда врага с трудом разбили,
Его не то чтобы забыли,
А возвеличили, но так,
Что он в глуши развел бардак.
Но вот однажды невзначай
Счастливый пал ему случай:
Рука родного палача
Коснулась и его плеча.
Потом он был и так и сяк.
По мненью всех — ничто, серяк.
Потом, минуту улуча,
Спихнул другого трепача.
Взмахнув руками после драки,
О подвигах придумав враки,
Потом, раздув их вдвое, втрое,
Стал десятирежды Героем.
Подвыпив, сытно отобедав,
Побил голодного соседа.
Другого в преизбытке сил,
Трясясь от страха, раздавил.
Потом арабов замутил.
Потом на Запад укатил,
Потом... Короче говоря,
Не тратил времени зазря.
За длинной речью речь читал
И ни хера не понимал.
И вопреки постановлению
Прославлен величайшим гением.

— Отгадайте, кто это такой?

— Тамурка закатила истерику. Теща пожала плечами и, увеличив громкость телевизора, продолжала смотреть хоккей. Я кричал о том, что с этим пора кончать, что она нас подведет под монастырь. Но с Ленки как с гуся вода.