Поцелуй в шею, в ухо - и вдруг сдвинул меня немного вбок, еще давление-напутствие и усадил на какой-то выступ - поддаюсь. И снова игра рук. Его, мои - инстинкты брали свое... вторя ощущениям, сценарию... грез и желаний.
Резво пробрался к моим джинсам - взвизгнула змейка. Дернулась я невольно, но тотчас осеклась. Страх. Как и прошлое... Я буду сильнее вас.
Нет больше ничего, кроме меня... и Мирона. Нет... и не было.
Глаза в глаза. И снова эта его ухмылка, которую... казалось, я готова уже боготворить. Ничего красивее, манящее никогда не видела в жизни.
- Уверенна? - внезапно, околдовывающим шепотом.
Облизала губы, улыбнулась коварно, вторя ему - притворством кроя трусость:
- Нет, - едкое, откровенно саркастическое (но не лгу).
Вмиг... как по команде, давясь смехом, припал ко мне. Руками забрался под футболку, столкнул лиф вверх - и сжал дерзко, властно, до откровенной боли мою грудь. И что странное - мне это нравилось, хотелось еще - и он давал... давал всё, будто читая мысли. Ладонью скользнул, пробуя, наслаждаясь ощущением твердых сосков. Задрал стремительно одежины вверх - и припал губами запретному. Не выдержала - застонала громко, явно уже капитулируя перед ним. Позорно запульсировало внизу живота, взывая к продолжению, к разврату... К чему-то древнему, естественному... что многим вручено как дань, как норма, как наслаждение, а мне всучено - в извращенной форме. И то ли праведно оно, то ли грешно... И то, что было - и вместе с тем... понятия не имею, о чем идет речь.
После того урода – Он, Мира будет моим... первым.
Скользнул руками к штанам, проник под белье, сжал ягодицы.
Сердце мое еще отчаяннее заколотилось. Еще немного... еще чуток - и я пересеку черту. Я стану его. И либо облажаюсь... как везде и во всем, либо... буду хоть немного ему интересна, достойна.
Вдруг какой-то стук, где-то вдалеке. А затем... и вовсе рык двери. Нервно дернулась я в Мирона хватке, ловя взором угрозу.
- КАКОГО Х*Я?! - бешеное, звериное, оскалом.
Глава 12. Finita la commedia. Al dente
Глава 12. Finita la commedia. Al dente
***
Вдруг какой-то стук, где-то вдалеке. А затем... и вовсе рык двери. Нервно дернулась в Мирона хватке, ловя взором угрозу.
- КАКОГО Х*Я?!! - бешеное, звериное, оскалом.
Сжалась я от ужаса.
Не успел или не захотел среагировать пьяный Мирашев - а потому силой его оттащил от меня Рожа. Правый боковой в челюсть - попятился тотчас Мира.
Живо спрыгиваю (с какой-то бочки) я.
- Ты че, б***ь?! - дико взревел возмущенный Мирон.
Поправила на автомате одежду (заметил Рожа, узрел, как я усердно пыталась опустить лиф).
- Ах, ты с*ка! - резво кинулся, окончательно слетев с катушек, на него Федор.
- Успокойтесь! - завизжала я, влетев вперед, между ними. Попытка разнять их. - Ниче не было!
- СТОЯТЬ, Б***Ь! - рычу уже в рожу Мире.
Опешил на миг, сдержался. Больные, ярые взгляды заметал то мне за спину, то на меня. Шумные вздохи.
- Успокойся, прошу, - уже более сдержано, уговором. - И ты, - разворачиваюсь я к Роже. - Не было ниче! - вновь повторяю, рычу.
Но словно током его прошибло - передернуло. Скатился и мой взгляд вниз, вторя Федору. Черт, дернулась я - усердия застегнуть ширинку.
- НИЧЕ, С*КА?! НИЧЕ?! - ополоумевши мне в лицо. Разворот к Мирашеву: - Да я тебя, ганд*н, сейчас ПОХОРОНЮ ЗАЖИВО!!!
- ДАВАЙ! - ядовитое, с шальным задором, счастливо захохотав. Очи вспыхнули больным пламенем. Замахал враз руками, к себе зазывая. - ВПЕРЕД, я жду!
- Вы больные, что ли?! - ошарашенная, завизжала я. И снова попытка собой сдержать Рогожина - да только в этот раз тщетно. Смел к чертям собачьим меня вперед, в последний момент оттолкнув в сторону - налетела на комод, завыла от боли. Рыкнула дверь кухни. Вывались двое: Ритка и Мазур. Влет кинулся Валентин к ним и оттащил Рогожина от заливающегося хохотом беса.
- Она же еще ребенок! - отчаянно, горько, протянул вдруг Федька. - Отпусти! - рывок и выдрался из хватки Мазурова - поддался Валик. Взор то на меня (убедиться, что жива), то вновь на врага, что уже гоготал, заливался демоническим смехом, слизывая со своих губ кровь. Все это явное удовольствие, наслаждение доставляло ему. Оскалился враз Рожа, с отвращением: - Она же, с*ка, еще ребенок! Мразь, че ты творишь? Тварь ты еб*чая!
- Да какой ребенок?! - внезапно улыбка Мирона превратилась в раздражения мину. Метнул ярый взор на меня, взмахнул рукою: - Глянь на нее! Не шестнадцать, и не восемнадцать даже! Давно не девочка! Сама в состоянии решить, что ей... и с кем надо, - уже более сдержано, но ядовито.