Насколько я помнила, а память явно мне еще не изменяла, потолок в моей съёмной квартире был аккуратненько выложен уже изрядно пожившей пенопластовой плиткой грязно-молочного цвета (увы, время не щадит пенопласт, как бы хозяева им не дорожили). А этот - идеально побелен и весь усеян чуть мерцающими кристаллами, происхождение которых определить было невозможно, ибо недоступны науке моего мира такие висящие под потолком не то капли, не то наросты, едва различимые глазу.
Я резко вскочила с кровати и удивленно вылупилась на окружающую меня средневековую обстановку. Мой ночной кошмар не спешил заканчиваться, более того он подозрительно смахивал на реальность. Я все еще находилась непонятно где. А точнее в той комнате, куда меня притащил загадочный тип с красными глазами. А кстати, где он? Ведь за окном уже явно утро, через шторы настойчиво пытался просочиться солнечный свет.
- Когда же это все закончится? – закрыв лицо руками простонала я и снова бухнулась на кровать. Между прочим, она оказалась настолько удобной, что лежать в ней было – одно сплошное удовольствие, не то что подобие спального места, на котором мне приходилось спать в последние несколько лет, хотя казалось, привыкнуть можно ко всему, даже к впивающимся в бока пружинам.
Но хватит о прошлом, порассуждать нужно было о настоящем, пока оно меня еще не съело или не трогало, уж не знаю, какие у него там на меня планы. Но по ощущениям времени на одиночество у меня оставалось все меньше и меньше.
Итак, что мы имеем. Я нахожусь в чужом, и судя по всему смертельно опасном мире с незнакомыми мне существами, мотивов которых, ну кроме смертоубийства и удовлетворения чувства голода, я представить попросту не могу. И мне надо вернуться домой! Желательно еще до того, как меня съедят или укокошат. Потому что у меня еще планы: учеба, экзамен был вчера, и родители явно переживают. Пусть живут они в другом городе, но пропажу родной дочери определят уже сегодня, ведь я старалась звонить им не реже чем раз в пару дней. И я даже представить боялась эмоций родительницы, когда она обнаружит, что мой телефон не отвечает. На уши мама могла поставить не то что весь город, всю страну! Хотя едва ли она подозревает о существование параллельных миров…
А еще мне снова хотелось есть. Вот просто жутчайще, словно вчера за весь день я не проглотила ни крошки. И это было весьма необычно, ведь раньше я не отличалась особым прожорством. В этом мире мой организм чувствовал себя странно, вел себя странно. Что и говорить, если даже мозг пытался жить своей жизнью. Хотя, казалось бы, уж он-то точно должен быть со мной заодно.
С этой мысли меня сбила новая, вытеснившая первую столь бесцеремонно, что я снова заподозрила неладное, - в комнате, пахло свежей выпечкой. Я принюхалась. Умопомрачительные ароматы исходили от блюда под крышкой, что снова находилось на сервировочном столе возле кровати. А это значит, что кто-то уже побывал в моей комнате, и возможно, не один раз, так как остатки вчерашнего пиршества тоже пропали.
Пока я рассуждала, слюноотделение стало таким, что я побоялась захлебнуться, поэтому поспешила открыть крышку огромного блюда, чтобы тут же выронить ее из пальцев себе на ногу.
- Аааа, - заорала я, запрыгав по комнате на одной ноге, продолжая любовно поглядывать на гору всевозможной выпечки, нежданно-негаданно поселившуюся рядом. Гора же, казалось, отвечала мне полнейшей взаимностью, так и норовя напроситься в рот то ли вон тем румяным пирожком, то ли тем нежным кексом, или даже той маковой булочкой. И все это благоухало так, что я голова была упасть перед столом на колени и провести так всю оставшуюся жизнь, только бы мои новые друзья не испарились (кто ж знает местные деликатесы, я вот тоже, если что, вполне резво удираю). А рядом стоял бокал сока, судя по цвету томатного, никак и иначе. Хотя, конечно, кто знает. Но памятуя свое вчерашнее забытье, притрагиваться к нему я не решилась. Спасибо, выспалась!
Пирожки оказались на вкус точно такими же обалденными, как и на вид, а кексы просто таяли во рту. Не знаю, кто все это готовил, но по нему явно плачут мишленовские рестораны, моего мира, конечно же. Сомневаюсь, что здесь вообще есть рестораны. Скорее так мясные лавки, и надеюсь, не с человечинкой. Все же свои весьма шаткое благополучие и какое-никакое здравие навевали положительный настрой.