Я поморщилась, изрядно подувявшие уши требовали тишины, а прилично расшатанные нервы – покоя. А еще подруга явно была не под дверью моей многострадальной квартиры, а все-таки в институте, так как я отчетливо различала голоса наших одногруппников на заднем фоне. Поэтому хорошие новости отменялись точно, но и плохого сегодня точно ничего случится было не должно, обычный ничем не примечательный день, только лекции и ни одной контрольной.
- Лен, у меня сегодня не получится, экстренная ситуация в квартире. Передай Маргарите Семеновне...
Но не успела я договорить, как из телефона по ушам ударил чуть ли не крик Банши, от чего мобильник из моих рук вылетел и свалился на пол, но, несмотря на это, оттуда продолжала верещать взволнованная Ленка:
- Не получится? Даш, Маргарита Семеновна сказала, что если ты в срочном порядке не явишься на экзамен, то у тебя будут большие проблемы.
Я даже чаем поперхнулась, между прочим, горячим, закашлялась и шокировано просипела в трубку:
- Что? Какой экзамен? Сегодня же должны быть просто лекции?
- Даш, нам еще неделю назад говорили, что на сегодняшний день перенесли экзамен, потому что завтра Маргарита Семеновна уезжает на какую-то там конференцию. В пятницу ее не будет, и потом еще месяц не будет.
- Черт, черт, черт, - я подскочила со стула и заметалась по квартире, кажется, неприятности на сегодняшний день заканчиваться не собирались.
-Лен, задержи ее, я уже бегу, то есть еду!
Ленка продолжала что-то кричать в трубку, когда я нажала отбой и метнулась к шкафу с одеждой. Быстро напялив на себя джинсы и первую попавшуюся футболку, схватив сумку и ключи, я бросилась вон из квартиры, краем глаза отметив в зеркале свой растрепанный заспанный вид. Но все то были мелочи, Маргарита Семеновна действительно могла мне утроить веселую жизнь, ибо слыла одним из дотошнейших преподавателей, не сдать экзамен со всей группой в один день, означало выучить весь курс педагогики дословно. И Боже упаси забыть хоть одно определение. Несколько моих одногруппников вот уже третий год устраивают паломничество в ее кабинет, и мне иногда казалось практически отчаялись ответить хотя бы на удовлетворительно.
Буквально через две минуты я стояла на автобусной остановке и мысленно молила небеса о снисхождении.
«Ну, пожалуйста, 24, 24! Двадцать четвертый автобус ты мне сейчас очень нужен! Пожалуйста, и я больше никогда не буду опаздывать, ни в институт, ни на встречи, да вообще никогда никуда не буду опаздывать, честно, честно» - мысленно повторяла я.
Но, увы, сначала приехал 7 троллейбус, потом 12 автобус, 3 маршрутка, 8 автобус, и только через 15 минут мне удалось стрелой залететь в так необходимый мне транспорт. И казалось, уже можно вздохнуть с облегчением, но я понимала, что еду слишком долго, а Ленкиного актерского таланта хватит от силы на час, потом ей придется запереть Маргариту Семеновну в кабинете и выкинуть ключ. Но боюсь, на такие жертвы моя отчаянная подруга точно не пойдет.
И кажется, на перекрестке мы уже вот-вот проскочили, но предатели-светофоры словно специально зажигали красный свет, а потом еще пассажиры на остановках не торопились заходить в автобус, а водитель не закрывал двери и не трогался с места, словно говоря всем: э-ге-гей, мы никуда не опаздываем, особенно на какие-то там экзамены по педагогике, и вообще у нас вся жизнь впереди.
А я скрипела зубами, косилась на дисплей мобильника и мысленно пыталась остановить бегущее вперед время.
Еще сорок минут тряски в общественном транспорте, череды ярких фантазий на тему «Маргарита Семеновна и раскаленные ножницы», рассуждений «Чем плоха профессия дворника?» и «Почему молодые девушки идут на панель?», благо время в дороге впечатлиться позволяло, и я вылетаю на остановке «Пединститут», сломя голову, кидаюсь в направлении главного корпуса учебного заведения, сбивая по пути случайных прохожих.
Величественное старинное, немного мрачное здание из красного повидавшего жизнь кирпича, своими шпилями уходило высоко в серое, пасмурное небо. Его образ всегда вызывал у меня благоговейный трепет и легкий страх. Но не сегодня! Сегодня в моих глазах стояло недовольное лицо преподавателя педагогических наук Маргариты Семеновны Каренюк и ее обещание кар грядущих. Поэтому вперед я неслась как бешеная курица по горячим углям, уже краем глаза отмечая, что погода была под стать настроению самой Маргариты Семеновны, ветер усилился, тучи сгущались, а где-то вдалеке слышались раскаты грома, но я надеялась успеть «до дождя», ну или по крайней мере до начала урагана.