- Не переживай, все будет хорошо. Тебе понравится, - заверил меня фейри.
Но весь мой пыл куда-то исчез, и больше всего мне на тот момент хотелось сбежать, сверкая пятками.
- Точно? Я что-то уже в этом не уверена.
- Садись на кровать, расслабься и смотри мне в глаза.
- Вот прям на эту кровать, - покосилась я на семиместное ложе под балдахином. – Может, я все-таки постою.
- Ты хочешь, чтобы я показал тебе, как нужно применять гламур? Потому что если ты не будешь делать, что я тебе говорю, то можешь искать себе другого учителя. Мне это тоже, знаешь ли, не очень надо.
По глазам было видно, что блондинчик преследует свой шкурный интерес. Какой, конечно, я не догадывалась. Но и зачем мне это было знать.
- Ладно, ладно, - примирительно пробормотала, прилегла на кровать и приготовилась внимать.
Действительно, что он мне сделает. Я же все-таки королевских кровей, хоть король при смерти. Все будет норм. Если пока не прибили, значит, для чего-то берегут.
Глава №21 "Недомагия"
Сначала ничего не происходило, я даже начала сомневаться, что блондинчик умеет колдовать, то есть феячить или как там еще, а потом почувствовала что-то странное. И вроде бы в комнате было так же тихо, словно мы просто замерли в ожидании чего-то, но внутри меня начала подниматься какая-то теплая волна, которая успокаивала, заставляла отбросить все ненужные мысли.. Это мне не нравилось, потому что попахивало подвохом. Но, видимо, на то она и магия, что через несколько минут я расслабилась, и вдруг осознала, что я дома, что меня здесь любят и всегда ждали, что я даже не предполагаю места лучше Благого двора. А Эвелтель именно тот человек, которому стоит довериться. Ведь он полюбил меня с первого взгляда, да и я в него без памяти влюбилась. Ведь он такой сильный, такой добрый, такой красивый. Мне захотелось подойти к нему, дотронуться до его волос, вдохнуть аромат его кожи и слиться в с ним в долгом страстном поцелуе, а потом… Это еще что за хрень? И почему я ее думаю, - тут же ужаснулась я. Но внутренний голос продолжал настаивать: «Эвелтель – тот, кто мне нужен, Эвелтель поможет, подскажет. Надо слушать Эвелтеля и делать все, как он говорит. И только тогда исполнится предсказание». Какое еще предсказание? Ничего я не знаю о предсказании! «Ну, как же не знаю, знаю, если я выберу сторону Дини Ши, то светлым фейри удастся возвыситься, и они смогут победить Темных, смогут низвергнуть этого ненавистного демона!» Постойте! Какого демона? Какого демона тут происходит? «Все идет своим чередом, все хорошо, мне просто сейчас нужно делать то, что говорит Эвелтель. Встать с кровати, выйти из комнаты, пройти прямо по коридору, повернуть налево, спуститься по лестнице, открыть железную дверь, войти внутрь, раздеться и лечь на вот этот вот камень в центре зала.» Ай, как же холодно! «Нет, не холодно, так надо, так надо всем Дини ши, так надо мне». Кому мне? «То есть тебе. То есть да, мне».
Я смутно понимала, что происходит что-то неправильное, и мысли в моей голове были тому подтверждением, но тело отказывалось повиноваться разуму, который и включался то с переменным успехом.
В это время Эвелтель подошел ко мне, наклонился к лицу, от чего по моему телу пробежала судорога возбуждения и прошептал:
- Это, девочка, называется гламур. И зря ты мне разрешила им воспользоваться, ведь сейчас я сделаю с тобой все, что захочу.
Что? Что я разрешила? Я же просто хотела научиться магичить! Что происходит? Где я?
Эвелтель тем временем нежно коснулся подушечками своих пальцев моей щеки, погладил, после чего переместил свое внимание на мои губы, с небольшим нажимом очертил их конкур большим пальцем, спустился ниже, на подбородок, шею.
- Тебе же нравится, правда?
Я попыталась вскочить, залепить ему пощечину, но у меня ничего не получилось, тело отказывалось мне повиноваться.
Видимо, все мои эмоции Эвелтель прочитал в моих глазах, поэтому в следующую секунду меня окатило очередной волной благоговения. Последние частицы разума покинули меня, и вдруг я поняла, что хочу этого блондина, хочу, как никогда раньше никого не хотела.
Тем временем его пальцы опустились ниже, на мою голую грудь. И меня накрыло дикое возбуждение, с которым я не могла и не хотела бороться. А хотела я только одного, здесь и сейчас я этого фейри.