Замотала головой и из глаз полились слезы.
— Эй, не реви. Ничего страшного не произошло, — говорил он, не выпуская меня из объятий.
— Светка! Светка! — вопль Аньки разбавил тишину в моей голове. — Что с тобой? — она подскочила к нам, и через секунду стала лупасить моего спасителя маленькими кулачками. — Отпусти ее, урод.
— Глеб, уйми эту сумасшедшую, — парень так и не выпустил меня из рук.
— Ань, успокойся. Все уже нормально, — незнакомец пресек мою попытку избавиться от объятий.
— Девчонки, ну ее, эту дискотеку. Поехали в кафе? Кофейка бахнем, — предложил Глеб.
— Если честно, я бы бахнула чаю, — хриплым голосом произнесла я.
— Глеб, ты за рулем, — парень кинул ключи своему другу.
— А ничего, что мы не знакомы? — Анька встала в позу «руки в боки».
— Глеб! — радостно вскрикнул блондин.
— Евгений, — очень тихо произнес парень, глядя мне в глаза.
— Светлана, — также тихо ответила я.
Мой страх исчез. Если честно, даже приятно было находиться в его объятиях.
— Я — Анна! — уже схватив под руку Глеба, затрещала подруга. — Куда мы поедем, мальчики?
— Куда вы хотите? Исполним любой каприз, — эти двое вели диалог между собой, не обращая никакого внимания на нас.
— Тогда на Пушкинскую площадь.
— Мы согласны. Да, Свет?
Я кивнула в ответ, так и не перестав смотреть на Евгения.
На Пушкинской мы зависли в McDonald’s. Женька с упоением смотрел, как я макала картошку фри в мороженое с шоколадом и, закатывая глаза, со стоном поглощала свой извращенный ужин. Позже он признался, что влюбился в меня именно в тот момент. Набив свои желудки, мы отправились гулять по ночной Москве. Ребята оказались коренными москвичами. Не то, что мы с Анькой, лимита.
Под утро Глеб отвез нас в общагу к подруге. Я решила остаться у нее до вторника. Домой к крестной совершенно не хотелось. Да и к тому же, ее родня нагрянула, в количестве четырех человек, еще без предупреждения. Мы жили в маленькой хрущевской двушке на окраине Москвы. Сами понимаете, какая толкучка с утра будет на кухне и какая очередь в туалет.
Тетя Оля работала сутки через двое, но даже в эти дни не удавалось пересечься. На кухне у нас висел блокнот и карандаш: так и общались. Мы настолько привыкли жить вдвоем, что внезапный набег родственников стал для нас сродни концу света. Гости уже во вторник утром улетали в Сибирь. Так что перекантоваться у Аньки было идеальным решением.
Глеб и Нютка вышли из машины первыми. Я тоже хотела быстро выскочить, но Женя схватил мои руки, и дернул на себя. Расслабленное тело поддалось и с ускорением уткнулось в крепкое плечо своего нового знакомого.
— Свет, я хочу… тебя увидеть снова. Заеду за тобой вечером, в шесть, — даже не спросил — хочу ли я. Он просто довел до моего свидания.
— Хорошо. До вечера. Я пойду тогда? — попыталась вырваться из плена. Но он не выпускал меня, а продолжал держать и смотрел в упор. — Жень, я пойду, — сказала тихо и чмокнула парня в щеку. От неожиданности он ослабил хватку, в этот момент я выскочила из машины.
Придя в комнату, мы с Нюткой упали в постель и какое-то время тупо смотрели молча в потолок.
— Слушай, Лан, как тебе ребята? Глеб ничего так, симпатяжка. Пригласил меня сегодня погулять, — подруга сладко вздохнула и засмеялась.
— Женя тоже пригласил. Но что-то меня сдерживает. Не пойму, что, — я не врала. Мне правда был симпатичен Евгений, но страх новых отношений заставлял идти на попятную.
— Хватит тебе уже думать об этом извращенце. Пора забыть Алекса. Если он почти два года тебя не искал, то ты уже не интересна ему. Забудь, как страшный сон. Живи дальше. Ты из-за него даже домой не ездила. А если Женя — твоя судьба? Думая об этом «звере», ты реально можешь потерять свое счастье. — Анька терпеть не могла моего бывшего.
— Ты права, — тяжело вздохнула я и перевернулась на живот, обняв подушку.
— Я всегда права, — рявкнула Нютка и ударила меня по пятой точке.
До встречи с Женей оставалось восемь часов. Я быстро приняла душ и снова забралась в постель. Укутавшись в теплый плед, расслабилась и погрузилась в воспоминания.