— Ты едешь со мной, — рыкнул на ухо и поднял с пола на руки. — Упертая девчонка. Выпороть бы тебя, — не знаю: радоваться или пугаться. Он сильный, смелый — настоящий мужчина. С ним мне не страшно. Но… Это странное короткое «но». Может, стоит довериться и плыть вперед? Мама же сказала: «Не останавливайся».
— Зачем я тебе? — пропищала, боясь услышать ответ.
— А ты как думаешь? — склонил на бок голову, прищурив глаза.
— Наверное, тебе нужен личный кондитер? Любишь сладенькое? — просто так ляпнула, без всяких там намеков и двусмысленность.
— Хм-м-м… И это тоже, — улыбаясь, смотрел на меня Алекс.
В этот момент мне жизненно необходимо было поцеловать его. Потянулась, но застыла в сантиметре от губ своего искусителя. Внутри боролись неконтролируемое желание и страх перед неизвестностью. Сколько я так безумно пялилась на Алекса, без понятия. Кажется, даже не дышала. Этот миг был на паузе. Мой харáктерный мужчина в который раз все взял в свои руки, подчинив мою нерешительность, а потом и приручив ее.
— Забыла весь бред про бегство. Немедленно, — сам, грубо и больно накинулся на меня, прикусывая нижнюю губу. По позвоночнику волна мурашек пробежала. Задыхаясь, пила его губы и наслаждалась. Руку закинула ему на плечо, и…
— Больно! — вскрикнула и зажмурилась от резкой боли.
— Ты сводишь с ума, маленькая, — Алекс жадно меня сгребал в объятия.
— Рука. Рука болит, — терпеть уже не было мóчи.
Алекс отстранился. Его взгляд выражал недоумение.
— Что с рукой? — схватил за запястье, а у меня снова искры из глаз от нестерпимой боли. Обмякла и повисла на его плече, как бездушная кукла. — Веточка!? — схватил за плечи и отстранил от себя. Слезы текли ручьем по моим бледным щекам.
— Я не падала. Она выгоняла меня из комнаты и выворачивала руки. Назвала малолетней проституткой и шалавой. Обещала, что какая-то Стелка со мной разберется в Киеве. Я хочу домой, Алекс. Отпусти. Прошу. Ты такой красивый, сильный, бесстрашный. Любая уедет с тобой куда угодно. Но не я. Отпусти, пожалуйста. — мямлила, теряя сознание.
— Любая мне не нужна. Ты. Ты поедешь со мной куда угодно. А сейчас в больницу. Снимок и лангету. Надеюсь, до гипса не дойдет, — Алекс вынес меня из комнаты.
— Очухалась, сучка? — продолжала блевать ругательствами блондинка.
— Рот свой закрой. Забыла уже откуда я тебя вытащил? Напомнить? Тогда ты была куда молчаливее. И рот работал без выходных, — Люська побелела в цвет своей шевелюры.
— Алекс, эта тварь все врет. Кому ты веришь? — она бежала впереди и тыкала меня костлявыми пальцами. — Ты собираешься ее везти домой? Там же Стелла.
— Последний раз предупреждаю, закрой свой рот! — мой рыцарь нес меня к машине, а белобрысое пугало пыталось остановить его.
— Она что, кувыркается в постели лучше, чем… твоя жена? — Алекс резко остановился.
Боже, его глаза стали черными, как чернила. Я обхватила сильную шею и тихо прошептала на ухо: «Не надо Алекс. Оставь. Это ее злость говорит». Я знала, что он не женат, Люська специально разыгрывает этот спектакль. Надеется, что сбегу и не обернусь. Вот тут ты просчиталась, гадюка. Я теперь никуда от Алекса не уеду. Посмотрим еще, что за Стелка там в Киеве.
Глава 8
Мы ехали в больницу молча. Только раз Алекс поинтересовался моей рукой. В травмпункте поставили диагноз «вывих», зафиксировали руку и с рекомендациями отправили восвояси. Все-таки меня не покидало предчувствие, что Люська доложила обо всем подруге Алекса, а значит, приема нужно ожидать «очень радушного». О своих догадках я умалчивала. И пути к бегству уже во всю просчитывала.
— Алекс? Где я буду жить? — надеюсь, он не разозлится на мое любопытство.
— У меня дома. Вместе со мной, — странно посмотрел на меня и сильнее сжал руль.
Про Стеллу хотелось узнать, но я молчала. Уже тогда чувствовалось, что не стоит выносить мозг мужчине своими бабскими подозрениями и умозаключениями. Ближе к полуночи мы въехали в пригород Киева. Если этот город так прекрасен в желто-белом свете фонарей, то в лучах летнего солнца он однозначно меня покорит. Алекс заметил мое неприкрытое восхищение мегаполисом и, как я поняла, провез по улицам Киева. К двум ночи, изрядно вымотанная визуальной экскурсией, я стала клевать носом.