— Не знаю. Теперь только после сессии.
— Ладно. Не забывай, звони. Целую, подруга.
— Целую, Натусь! — еле сдержалась от рева в голос. Не из-за грусти, нет. Из-за Пашки, потерять его дружбу оказалось страшнее всего.
Глава 14
Мой первый день в институте. Все клево, классно и вау! Группа сдружилась сразу. Основная масса студентов приезжие. Отмечать начало взрослой жизни поехали в Парк Культуры имени Горького.
Кто-то умудрился упиться пивом и пометить все кусты. Кто-то нырнуть в фонтан, а кто-то потеряться. Почти в полночь дружной толпой меня проводили до подъезда крестной. Так началась моя учеба в пищевом институте. Дни перетекали в недели, недели в месяцы. Учебе отдавалась, как любимому мужчине.
Кстати, о нем. Первого декабря раздался звонок от Наташки.
— Привет, новорожденная! Поздравляем тебя с Днем рождения! Расти послушной девочкой, — подруга засмеялась, а потом резко стихла. Я даже не успела в эту странную паузу ее поблагодарить. — Свет, Алекс только что звонил мне. Тебя искал. Я все, как ты говорила, сказала. Но он, скотина такая, упертый. Орал, как потерпевший. Если он сюда приедет? Вдруг пытать меня начнет или Пашку украдет и шантажировать будет? Свет, ты тут? — а я уже была там, возле своего мужчины. Говорят, время лечит. Не похоже. Мое время надо мной издевалось.
— Ты все правильно сделала. Он не приедет. Не переживай, Нат. Поймет, что ничего ему не светит и отвалится, как пиявка. Тем более, у него скоро… — пришлось сделать самой паузу, чтобы не сказать подруге о ребенке. Иначе проговорится и Алекс поймет, что она со мной общается.
— Что скоро? — бормотала Наташка.
— Ничего. Давай о нем больше ни слова. Как там мой Король?
— Я застрелюсь скоро. Вредный, упрямый, несговорчивый мальчишка, — шипела подруга, а я представляла Пашку. Он может быть упрямым. Может быть добрым и заботливым. Память воспроизвела моего маленького Короля. Скучала по его: «Светлячок, а давай что-нибудь замутим!»
Но пока нельзя ехать домой. Мне до жути не хотелось встречаться с Алексом. Я только склеила кусочки сердца воедино. Только начала дышать ровно, не сбиваясь с ритма.
— Не ругай его, а то приеду и пожалеешь, — попыталась изобразить грозного защитника.
— Ой, я вас умоляю! Напугали ежа голой жопой, — мы хохочем от души. — Ладно, подруга, еще раз с Днем сладкой банки! Целуем, совершеннолетняя.
— Целую вас, мои родные, — я кладу трубку и даю волю слезам.
Сегодня мне восемнадцать. Тетя Оля в командировке, Нютка живет на другом конце Москвы. Папа со Светой и моим маленьким братом Игорешкой еще дальше. Одногруппники не та компания для празднования такой даты. Сегодня я одна, с телефонной трубкой, фужером сладкого «Буратино» и маминой фотографией. Совсем не грустно. Отчего-то даже очень спокойно. На улице минус пятнадцать, на балконе — чуть теплее. Укутавшись в пуховый платок, выползаю в буферную зону между домашним теплом и морозной свежестью. Зябко — и это не дает мрачным мыслям испортить настрой.
Я официально стала взрослой по паспорту, а по сути, давно уже переступила эту черту. После внезапного ухода мамы мне пришлось набить немало шишек. Учиться вставать с коленей и идти вперед, не обращая внимания на жизненные сюрпризы. У меня есть я, и мы команда. И никакие Алексы не смогут заставить свернуть с пути.
***
С того момента, как я запрограммировала себя на безразличие к сильному полу, прошел год с небольшим. Конец марта, уже пахнет весной, но для полного кайфа мне не хватало морского воздуха вперемешку с запахом сирени.
Я так и не ездила летом в Крым. Страх встретить его останавливал. И все же, этим летом придется посетить родные места.
Союз распался после августовских событий. Люди были растеряны. Вмиг разрушился фундамент надежности и уверенности в завтрашнем дне. Все больше на улицах встречались: безразличие, зависть и отстраненность. С Нюткой встречались очень редко. Мы были рады телефонному разговору, когда это удавалось.
— Так, Белова! Завтра ты приезжаешь ко мне и никаких возражений. С комендантом все утрясла. Даже спрашивать не буду, знаю, что поняла, — нападала на меня подруга.
— Что за спешка, Ань? Категоричность твоя пугает, если быть откровенной, — с ней главное разговаривать медленно и тихо. Так быстрее свой нрав утихомирит.