Мужчина, держась за мои запястья грациозно двигался назад, утягивая за собой. И в какой-то момент, когда совсем перестала контролировать ситуацию, он рухнул на диван, а я непонятным образом оказалась сверху на нем. Он так и держал мои запястья в своих огромных руках.
— Крем говоришь? Вот здесь? — Алекс, глядя в глаза захватывает мой палец себе в рот. Я почувствовала его горячий язык, ласкающий подушечку пальца. Прострел по позвонкам. Удар в висок. Выгнулась и звучно воздух из легких выпустила. К щекам быстро устремилась вся кровь. Любопытство, страх и одержимость, эти трое брали в плен и сводили мое тело с ума. Но главный искуситель уже захватил другой палец. Алекс выпустил на свободу второе запястье и резко придвинул меня к себе, подтолкнув ладонь под попку. Промежностью уперлась во что-то твердое в его штанах. А когда до меня дошло, что это было, этот монстр впился взглядом на мою грудь. На мне был трикотажный топ, и я была без лифчика. Соски острием торчали, натягивая ткань. Стало стыдно до чертиков. Попыталась встать с дивана, но Алекс больно сжал мою попку.
— Сидеть! — строго и грубо приказал он. Вздрогнула, глаза увлажнялись. Противно стало от его тона. Бежать. Надо бежать отсюда. Подальше. Очень далеко. Где выход? Где эта чертова дверь? Глазами быстро осмотрела те границы, которые мне были видны.
— Отпусти, Алекс. Мне больно, — пристально взглянула в его лицо. Оно не выражало ни грамма эмоций. Как статуя: каменная и холодная. Даже в объятиях стало очень зябко, до дрожи. — Прошу тебя, отпусти! — я уже умоляла и плакала. Еще помнила мерзкие руки «колобка». В груди от страха дыхание замерло. Начала хватать ртом воздух и падать назад. Одернул резко, и…
— Иди, — так же холодно бросил мне и убрал руки. — Иди и не возвращайся, Веточка. Никогда.
Он смотрел мне в глаза. Ледяной взгляд обжигал до боли в сердце. Оно стремилось к нему, к своему холодному монстру. Не смогла встать с его колен. Не смогла и слова вымолвить. Сидела, склонив голову набок и пялилась на его губы, сводящие с ума. Такие алые, с четким контуром, чуть пухлые. Непроизвольно открыла свой рот и прикусила нижнюю губу. Желание поцеловать Алекса было невыносимым. Приподнялась на коленках, чтобы встать и покинуть гнетущее пространство. Но сегодня все было против меня. Диван. Этот идиотский, чересчур мягкий диван прогнулся под моим маленьким весом и я, не удержав равновесие, упала на злого монстра. Ладно упала. Грудью затормозила в его лицо. А обратно вернуться не смогла.
— Прости. Прости. Я сейчас уйду, — попыталась поймать баланс и встать. Не успела. Схватил снова за запястья и зафиксировал их у меня за спиной. Зубами резко содрал топ и с рычанием впился в левую грудь. Че-е-ерт! Он прикусывал сосок, а я извивалась от неведомого мне наслаждения. Мне не было больно. Я хотела большего. Хотела его руки на груди. Хотела его тяжелого, большого тела на себе. Хотела умереть в эти минуты. Я вскрикнула и расслабилась. Алекс выпустил запястья и быстро переложил меня на диван.
— Почему ты не ушла? — рычал он.
— Я… Я… А-а-а-а… — не смогла ничего ответить, только стон. Мой стон разносился по кабинету. — А-лекссс! Ааа-лееекс! Ааал… — здравый смысл покидал меня. Тело сдалось. Я летела в неизведанные миры, пытаясь догнать удовлетворение. Мне было мало его прикосновений к груди.
— Тебе стоило бежать. Слышишь, Веточка? Бежать, а не провоцировать меня. Чертова девка. Откуда ты свалилась на мою голову. Я должен был быть в Киеве. Но ты, стерва, все планы сбила. Сучка малолетняя! — грубо сминал мое тело и хищно впивался зубами в мягкие места. В ответ я просто выгибалась дугой, умоляя не останавливаться. — Нет! Слишком много стоит на кону, — зарычал он и резко отпрянул. Ладонью вытер свой рот. Красивый до жути, похожий на изголодавшегося зверя на привязи. Руки свои в волосы запустил и взвыл. — Пошла отсюда. Быстро!
Я опешила от такого контраста. Не помню, как вскочила на ноги. Топ спешно с талии начала натягивать на грудь, но ткань, как назло, перекрутилась. Сквозь слезы, трясущимися руками расправляю и пячусь к двери. Мандраж пробил, и начала спотыкаться на ровном месте. Как можно быть таким злым и бесчувственным? Как? Все же нацепила смятую ткань и пулей выскочила из этой клетки. Не помню, как добралась до дома. Не слышала, как Пашка во дворе меня звал. Только уже у своих дверей остановилась, пытаясь ключом в замок попасть, услышала за спиной взволнованный голос моего «короля».