— Какое же? — спросил Гарри.
— Мне известно, что вы, мистер Поттер, подали на конкурс архитектурный проект восстановления Хогвартса. Я видел его и поддержу, если в нём будет предусмотрена мечеть для учеников-мусульман и новый исламский факультет — вместо Слизерина. Пусть символика остаётся зелёной, но вместо серебряного змея мы нарисуем белый полумесяц и звезду.
— Я согласен, — не раздумывая, ответил Мальчик-Который-Выжил-Дважды.
Со слов Долгопупса, который стал его личным агентом в Министерстве магии, Гарри уже знал, что Кингсли Бруствер увлёкся какой-то маггловской религией, пять раз в день молится на незнакомом языке и читает толстую книгу с непонятными значками, страницы в которой листаются задом наперед. Воспитанный в мире магглов, Поттер тут же понял, что речь идёт об исламе. Та самая книга в зеленой обложке с тиснеными на ней арабскими закорючками, о которой рассказывал Невилл — Коран, священное писание мусульман, — лежала теперь на столе министра, отдельно от остальных бумаг, словно на почётном месте. Поэтому Гарри был готов к тому, что Бруствер предложит нечто подобное, лишь не знал, что именно.
— Сэр, в знак нашей дружбы разрешите преподнести вам скромный подарок. — Гарри вытащил из портфеля, с которым пришел, небольшой квадратный футляр и открыл его, протягивая Кингсли. Глаза министра заблестели, словно там была куча золота и бриллиантов. Запустив в футляр свои огромные черные пальцы, он аккуратно вытащил оттуда похожие на бусы коралловые четки, связанные шнурком с лохматым хвостиком.
— Ровно девяносто девять, по количеству имён Аллаха, да будет благословенно имя его! — Министр сделал жест руками, словно умывая лицо. При этом чётки, подаренные Поттером, были зажаты у него между средним и безымянным пальцами левой руки.
Гарри был доволен: успех его предприятия гарантирован, раз уж сам Кингсли Бруствер будет ему содействовать.
* * *
Драко никогда раньше не бывал в маггловской части Великобритании: ему, единственному наследнику древнего аристократического рода, это было ни к чему. Утратив память, он и в магическом мире теперь плохо ориентировался, но, попав на шумную улицу в спальном районе Лондона, пережил настоящий шок. Разноцветные толпы магглов, облаченных в непривычную для волшебника одежду, громкая музыка, звучащая отовсюду и режущая его утонченный слух, большое количество людей африканской и азиатской внешности с их диковинными прическами и нарядами. Но наибольший испуг у молодого мага вызвали автомобили: гудящие железные чудовища с похожими на глаза фарами, в которых сидели магглы-водители, проносились мимо него по широкой дороге на бешеной скорости, от которой захватывало дух.
Когда светофор переключился, Гермиона взяла своего спутника за руку и перевела его на противоположную сторону. Машины с обеих сторон от дорожки с белыми полосами, почему-то называвшейся «зебра» (Драко знал, что это такие полосатые лошадки, живущие в Африке), послушно ждали, пока они переходили.
Небоскреб, на пятнадцатом этаже которого жила Герми, вызвал у юноши не меньшее изумление, чем сами магглы и их автомобили. Он не мог поверить, что такие гигантские здания из камня, металла и стекла в десятки и даже сотни этажей возводятся обычными людьми без помощи магии в довольно короткие сроки.
— Я покажу тебе строительную технику, и ты сам в этом убедишься, — пообещала девушка.
Потом они вместе поднимались на лифте, в кабине которого Драко чувствовал себя очень дискомфортно: ему всё время казалось, что эта коробка сейчас сорвется вниз, в пропасть шахты, унося их навстречу смерти… Но ничего страшного не произошло. Они благополучно прибыли на лестничную площадку. Герми подошла к одной из одинаковых дверей, отличавшейся от остальных только номером, сняла с неё защитные чары и провернула ключ в замочной скважине. Когда раздался еле слышный щелчок, она пригласила Драко в свою квартиру.
А вот жильё Гермионы стало для Драко полным разочарованием.
— Как ты можешь жить в этом террариуме? — удивился он. — Разве тебе здесь не тесно?
Девушка недовольно надула губки.
— Между прочим, — сказала она в ответ, — моя квартира — трехкомнатная, плюс коридор, отдельно кухня, душ с ванной и санузел. А многие магглы из малоимущих семей не имеют и этого, не говоря уж о тех, кто вынужден жить в ночлежках или вагончиках!
Драко умолк. Он вдруг вспомнил, что ему самому теперь негде жить. Их родовое имение — Малфой-мэнор — теперь отдано этим противным Уизли, а родители вынуждены ютиться у Гринграссов. Последний разговор с отцом и его адвокатом сэром Гаретом не шёл у него из головы. Брак с Асторией, которую он ценит и уважает как подругу, но не любит, или крах всего, даже нынешнего шаткого благополучия. Возможно, даже Азкабан — для его отца уж точно.