Боги не принадлежали ни Свету и Тьме, ни Пустоте. Они порождения мира. Как и многие другие сущности, в том числе и Смерть, Страх, Боль и Хаос. Да, сильнейшие из них, младшие дети Вечности. Стоило создать первый мир, появились Порядок и Смерть, а с ними Время. С рождением второго мира появились Хаос и Расстояние. Когда пустота заселила жизнью мир, родились и Страх с Болью. Но только после того как Свет и Тьма наделили мир индивидуальностью, подарив свою искру, стала появляться вера, а вместе с ней и низшие сущности, они же боги. Чем сильнее была вера, тем мощнее получался бог и тем больше сейчас от него проблем. Но самое главное, ни один из них не подвластен ни Первозданным, ни Первородному.
Зло зашипев, Свет резко повернул голову к стоящему перед ним эльфу.
— Он двинулся, оставаться на заходнем берегу Вечи не станет, он обречен и Тьма это знает, — Свет, вроде как и обращался к эльфу, но отсутствующий вид показывал, что господин далеко от дворца с его залами. — Пойдете к нему на встречу, — резко сфокусировав взгляд на эльфе, велел он.
— Повелитель, — рискнул влезть в разговор застывший по правую руку от трона Неущий страх. Он хорошо помнил, чем закончились такие бега за Несущим смерть.
— Говори, — полюбовавшись напряженной фигурой темного, велел Свет.
— Тьма в ребенке и я уверен, прекрасно понимает всю опасность такого состояния. Могу предположить, что, зная ваше желание его достать, рисковать он не станет и попытается убраться с Этнаи. Так что, возможно, лучше ловить его в Коорхане? Других портов способных принять крупные корабли, на том побережье нет.
Свет прищурил глаза, задумавшись. Толк в словах Всадника был. Прятаться в лесах отец не станет, знает, чем грозит. Но и противостоять Свету он, как минимум пока, не способен, а значит будет избегать встречи. Тем более и беглецы из Светограда и остальных светлых городов, расположенных у эльфийского леса, кинулись как раз в ту сторону. Бежали и укрылись в Коорхане — Тьма об этом должен знать. Насколько Тьма сохранил свои способности в человеческом теле, Свет не знал, не довелось ему так прятаться. Но свои искры он должен ощущать даже будучи при смерти.
— Хорошо, — прошипел Свет, возвращая взгляд к эльфу и улыбнулся.
От такого проявления радости, эльф едва не попятился, опустив голову еще ниже.
— Возьмешь свой орн, подключишь темных, — взгляд уставился на Всадника, намекая, чтобы тот не думал задавать вопросов. Тот и не думал, кивнул согласно. — Еще соберешь в Светограде добровольцев и жрецов. Пойдешь очищать Коорхан от Тьмы, — на лице Света вновь появилась пугающая улыбка.
— Но Повелитель, — согнувшись уже в пояснице несколько испуганно произнес эльф.
— Да? — удивленно вздернул Свет брови.
— Коорхан город, как бы выразиться, свободный. Там много темных — теперь, когда мы выгнали их отсюда, еще больше. Там всегда весьма спокойно относились к темным и наверняка будут недовольны. Да и пираты, по договору они предоставляют помощь Коорхану в случае нападения. Конечно, мы идем освобождать город от Тьмы, но если местный градоправитель, или хуже того, бежавший Император, попросят о помощи…
— То что? — с холодной злостью, протянул Свет.
— Ничего, мой Повелитель, — сглотнув прошептал эльф, ощутив пробежавшую по жилам — пока тихую — боль.
— Именно, ничего, — довольно констатировал Свет. — Очистите город. Пираты? Посмеют влезть, уничтожите и их. — Свет побарабанил пальцами по подлокотникам. — Отобьете корабли и идете на полночь, к тому времени, думаю, мы станем у границ.
— Повелитель?! — вздрогнул Несущий страх.
— Вы начинаете меня злить, — со спокойной и даже доброжелательной улыбкой, сказал Свет.
— Прошу меня простить, — стискивая руки в кулаки, произнес Всадник, — но к тому времени, как они смогут дойти до наших берегов, станет лед. Светлые корабли, да и корабли пиратов не способны их пройти, а дороги они не знают. Спешу заверить, что из моих солдат ее тоже никто не знает. Обычно лоцманом на суда мы берем адругов и нерканов, а у меня их нет. Остальные же, не моряки.
— Адруги, — со злым довольством протянул Свет, — спасибо, что предупредил. Я дам вам адругов, но если они решат покинуть мир — не волнуйся, в этот год лед не станет. Благодаря моему отцу мир пошатнулся. Равновесие нарушено и это уже хорошо ощущается, — со смешком произнес Свет и, подтверждая свои слова, оттянул камзол, словно пропуская воздух под него. — Больше возражений нет? — полюбовавшись молчаливыми подданными, он констатировал, — нет, и это хорошо. Свободны.
Эльф и Всадник разом поклонились господину и, не позволяя противнику обогнать себя, пошли бок о бок.
***
Свят пытался отделаться от дополнительного сопровождения в виде разношёрстной троицы. Но темная закатила такой скандал, что проще было махнуть рукой и сбежать, чем донести свою мысль. Да еще и Сауле посмотрела так укоризненно, будто он их на голодную смерть обрекал. Так что, пришлось отправляться в путь почти отрядом.
В Гортье въехали к полудню. Всегда шумный, полный подозрительного люда город встретил путников тишиной и странным запустением. Даже вездесущие собаки старались не попадаться на глаза и съёжившимися тенями мелькали на краю зрения. Многочисленные мрачные личности провожали наездников тяжелыми подозрительными взглядами, а стоило обратить на них чуть больше внимания, чем мимолетный взгляд, старались скрыться, затерявшись среди груд мусора в темных улочках.
Чем дальше продвигались по тихому городу, тем чаще все поглядывали на хмурого Свята. Тот с напускным безразличием игнорировал разом всех, украдкой осматриваясь по сторонам. Гнолы откровенно щерились, из-подо лба оглядывая каждую кучу мусора. Только Кахир, сейчас нормальный, с любопытством вытягивал шею из цепких объятий Сауле.
Остановиться решили в памятном Сауле доме. Пусть с клопами, пусть с дрянной едой, но, по крайней мере, они там спокойно поспали и так же без проблем уехали.
Принять лошадей к ним никто не вышел, и Багрд первым нарушил молчание, буркнув едва различимо:
— Не нравится мне это все.
Свят глянул на него как на предателя, со всем возможным осуждением.
— Не поднимай страх раньше времени, — осадил он несдержанного демона, стрельнув глазами на женщин.
Но те, казалось, даже не заметили обмена любезностями, настороженно разглядывая пустой двор.
Хозяйка дома встретила гостей довольно странной, обреченной фразой:
— Бегут! — и облокотилась на стойку, приготовившись внимать заказам.
— Кто бежит? — на всякий случай решил уточнить Свят, опережая всех спутников и первым подступаясь к женщине.
— Да все бегут. Вот и вы тоже, — со вздохом пояснила она. — Только зря сюда поехали, надо было через пустые земли. Там и с рогатым пройти можно… было.
Все обернулись на Багрда. Демон смущенно потупился от такого внимания и даже шаркнул ногой, тут же себя одернув и вытянувшись словно в карауле.
— Почему зря? — нахмурившись уточнил Свят, возвращаясь взглядом к женщине.
— Так не пройдете вы дальше, — вздохнула она, огладив ладонью стойку, словно стирая с нее пыль. — Нет больше переправы.
— Как нет? — зашумели все разом, заставив Свята, обернуться и зло цыкнуть успокаивая.
— А так нет. Веча наша ошалела. То утром через нее и гуси пешком переходят, а к обеду вдруг несет бурые потоки, с деревами с корнем выдранными, а к вечеру и вовсе станет, болотом гнилым пованивая.
— Что за, — пробормотал Свят. — А как же вы на тот берег переходите?
— А никак. Те, кто успел перебраться, те и ушли, а мы сидим, ждем, что на нас следующим обвалится.
— Следующим? А перейти пока река мелкая, или…
Свят договорить не успел, женщина обреченно махнула рукой, пояснив свое пренебрежение:
— Поток не самое страшное, что река нам принесла. В ней завелось что-то. Лодки целиком на дно уволакивает. А людей так и вовсе прям с поверхности всасывает. Даже в мелкой воде оно умудрялось стянуть парочку, пока другие визжали да пищали.