— Правда, малыш, правда. Ложись, буду разминать твои перетруженные мышцы, а то завтра вообще шевелиться не сможешь.
Утром Лайона и правда с трудом заставила свои конечности двигаться. Впрочем, это состояние было ей знакомо, как и методы борьбы с ним. Через боль, через сжатые зубы, но она разминала, растягивала свои ноющие мышцы, и спустя полчаса ее усилия были вознаграждены: пусть и морщась, но она была в состоянии двигаться. Валлиан только покачивал головой, глядя на жену, передвигающуюся с изяществом деревянной марионетки.
— Ну вот, я на сегодня морскую прогулку планировал к тем островкам, о которых рассказывал Саймон. Думал, вы там с Робертой поплаваете, а я погружусь с аквалангом. Давно не занимался дайвингом, хотелось вспомнить эти волшебные ощущения. Да и тебя поучить хотел.
— Не надо меня с аквалангом, — возразила девушка слабым голосом. — А вот так, без затей, понырять поблизости от катера я вполне в состоянии.
— Значит, все-таки плывем?
— Плывем.
Глава 41
На морскую прогулку выбрались впятером: Валлиан с Лайоной, Саймон и его двое учеников. До островков, невидимых с берега бухты, добрались быстро. Встали на якорь. Лайона с подругой нырнули в теплую спокойную воду с трапа, а мужчины стали готовиться к погружению. Лайона с любопытством наблюдала, как снаряжают ее мужа, проверяют кислородные баллоны, шланги, маску. Раньше она видела такое только в телепередачах.
Когда Валлиан ушел под воду, она несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, набрала полную грудь воздуха и нырнула, постаралась уйти поглубже и как можно дольше продержаться на глубине, наблюдая за мужем. Но вскоре пришлось всплыть, чтобы перевести дух.
Вынырнув, обнаружила небольшую панику на борту: оказалось, что все наблюдали за погружением Валлиана и никто не заметил, как она скользнула в воду. Зато потом быстро заметили ее отсутствие и не на шутку встревожились. Поскольку девушка была тренированной пловчихой, то задерживать дыхание под водой могла довольно долго — до четырех минут. Друзьям хватило этих минут, чтобы получить небывалую дозу адреналина…
Лайона и не думала, что Саймон может выглядеть таким взвинченным.
— Думай, что творишь, женщина! — рычал он, сжимая кулаки. — Разве можно уходить на глубину, не имея специальных навыков?
— Я имею… — попыталась возразить Лайона.
— Что ты умеешь?! Плескаться в бассейне, где три метра — максимальная глубина? Это же совсем другое! Вот сейчас привяжу к себе, посажу на поводок и вообще ни на шаг не отпущу, пока муж твой не вернется. Потом сам пускай тебя на поводке водит!
Лайона надулась. Вот вообще надулась. Ну, хорошо, она не права, не знала, что глубоко нырять в море — опасно. Но она, в общем-то, глубоко и не ныряла. Только даже если она не права — можно же объяснить по-человечески? Без крика, без потрясания кулаками? Девушка завернулась в полотенце и уселась подальше от все еще кипящего Светоча. Стала молча смотреть на воду, вспоминать дом, Наставника Аркадиана. Он-то на нее ни разу голос не повысил! Понимал, что она этого не выносит.
Рядом уселась подруга. Заговорила тихо.
— Ты не обижайся на Светлейшего Саймона. Он редко за кого так боится, как за тебя испугался. Потому и кричит.
— Ну да. Страх переходит в злость. Злость выплескивается на объект, спровоцировавший страх, — вспомнила Лайона свои профессиональные навыки.
— Ну, вот видишь, сама же все понимаешь, — вздохнула подруга. — Так что прости его, подумай, как бы он смотрел в глаза твоему мужу, если бы с тобой что-то случилось…
Лайона попыталась представить. Поняла, что получается что-то страшное. Поежилась. Но идти мириться с Саймоном пока не была готова.
— Я… потом поговорю с ним, — попыталась отвертеться от настойчивого взгляда подруги.
— Нет. Сейчас. Если тебе важны чувства этого человека.
— Важны. — Признала Лайона.
Встала, завернулась в полотенце поплотнее. Пошла к замершему у поручней Саймону, на ходу отмечая напряженную позу, каменную спину, побелевшие пальцы, сжимающие металлические трубки ограждения.
Подошла, потопталась у Светоча за спиной, повздыхала — молчит. Продолжает кипеть внутри. Прижалась к каменной спине, обхватила его руками:
— Ну, прости меня, пожалуйста. Я не хотела тебя пугать. — Прошептала куда-то в белую косу, которую сама же и заплетала.
Мужчина продолжал молчать. Только дыхание вырывалось из груди с шумом.
— Пожалуйста, Саймон, — вновь заговорила девушка. — Ну, все же обошлось. Прекрати себя накручивать.