Джеймс не может похвастаться разительными изменениями во внешнем виде, единственная деталь, что выбивается из его прежнего облика — взгляд. Я многое ему поведал, многое показал, от чего теперь он стал смотреть на мир … иначе. Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Однако рейвенкловец по-прежнему демонстрирует тягу к знаниям, даже большую, чем в начале обучения, он всё так же прилежен и педантичен, так что я доволен.
Помимо множества значимых событий было и одно незначительное, но весьма грустное для меня лично — мои учителя Йоханнес и Эдвард — уехали. Собственно, как они сами сказали мне, после того как сообщили своё решение, они хотели уехать ещё в прошлом году, так как уже тогда мой уровень если не соответствовал их, то был сопоставим, однако они остались, дабы: «…Проследить, что ты не забросишь тренировки, как только добьешься хоть какого-то успеха!». Я предлагал им остаться, но они отказались. Эдвард планировал отправиться на восток, чтобы встретиться со старым знакомым, а Йоханнес жаждал принять участие в турнире по историческому фехтованию, где-то в Польше. За три дня до моего отъезда в Хогвартс мы попрощались, и они уехали. Ээхх, даже не думал что так привяжусь к этим язвительным, самолюбивым, саркастичным садистам…
Пока я предавался воспоминаниям, в Большом Зале Директор начал произносить свою ежегодную приветственную речь:
— Нашим новичкам, добро пожаловать! Нашей старой гвардии — добро пожаловать в насиженные гнезда! Придет ещё время для речей, но сейчас время для другого. Уплетайте за обе щеки!
Под общий смех и одобрительные аплодисменты Дамблдор аккуратно сел и перекинул длинную бороду через плечо, чтобы она не лезла в тарелку. А тем временем в зале появилась еда, и в таком количестве, что все пять длинных столов ломились от всевозможных блюд.
Когда с трапезой наконец было покончено Дамблдор вновь взял слово:
— Теперь, когда мы начали переваривать этот великолепный ужин, я, как обычно в начале учебного года, прошу вашего внимания к нескольким кратким сообщениям. Кхм-кхм. Первокурсники должны запомнить, что лес на территории школы — запретная зона для учеников. Некоторые из наших старших школьников, надеюсь, теперь уже это запомнили. Мистер Филч, наш школьный смотритель, попросил меня — как он утверждает, в четыреста шестьдесят второй раз — напомнить вам, что в коридорах Хогвартса не разрешается применять волшебство. Действует и ряд других запретов, подробный перечень которых вывешен на двери кабинета мистера Филча. Помимо этого, у нас два изменения в преподавательском составе. Мы рады вновь приветствовать здесь профессора Граббли-Дёрг, которая будет вести занятия по уходу за магическими существами. Я также с удовольствием представляю вам профессора Амбридж, нашего нового преподавателя защиты от Темных искусств.
Из Зала прозвучали вежливые, но довольно вялые аплодисменты, которые вскоре затихли.
— Отбор в команды факультетов по квиддичу будет происходить…
Директор резко умолк и с недоумением посмотрел на Амбридж. Поскольку стоя она была лишь ненамного выше, чем сидя, все не сразу поняли, почему Дамблдор перестал говорить. Но тут послышалось ее негромкое «кхе, кхе» и стало ясно, что она поднялась на ноги и намерена держать речь.
Мда, Долорес Амбридж — правая рука Фаджа, жуткая карьеристка, расистка, невероятно злопамятная и мстительная женщина, и просто «прекрасный» человек. Выглядела она отвратно. Пухлая и приземистая, с короткими курчавыми мышино-каштановыми волосами, с повязанной на голову ужасающей ярко-розовой лентой под цвет пушистой вязаной кофты, которую она надела поверх мантии, точно такого же цвета. Поймите меня правильно, я не имею ничего против розового, но не в таком же количестве! Впрочем, я предвзят, признаю, но и на то есть причины. Августа, и другие члены нашего Альянса, надо будет кстати придумать ему какое нибудь название, предоставили мне её досье. Скажу честно — это просто омерзительно. Не ужасно, не страшно, не убого, а именно омерзительно. Амбридж, за свою почти тридцатилетнюю карьеру, загубила и испоганила столько жизней, что и представить сложно. При чём, многих из этих несчастных она буквально уничтожила, без каких либо целей и причин, просто потому что могла. В общем, маловероятно что мы с этой дамочкой уживемся под одной крышей. Впрочем, если Фадж ещё не окончательно слетел с катушек, то должен был дать ей весьма чёткие инструкции касаемые меня, и моего круга общения, так что, проблем быть не должно, если конечно Амбридж не снесет крышу от всей той «безграничной власти», что она получит в ближайшее время, а такое вполне возможно.