Глава 20
Следующая пара недель прошла спокойно и размеренно. Близнецы притихли, все свои силы тратя на бесполезные попытки избавиться от моего проклятия. Детишки с младших курсов если и подходили ко мне за помощью, то только касающейся уроков или с вопросами о местоположении кабинетов.
Я же эти несколько недель был занят тем, что практиковал новую способность Хрисаора, что я обнаружил во время каникул. Это произошло в конце лета, когда я практиковал метод усиления тела и вдруг мне пришла на ум идея, а что если повторить подобное с моим мечом. Ну и я повторил, и результат оказался довольно впечатляющим. Когда я ускорил ток маны в мече, он в мгновение ока вспыхнул, а затем пламя уплотнилось и пришло в движение, своим ходом повторяя ток маны в мече. Это существенно увеличивает пробивную способность и силу атаки моего дзанпакто. Отрабатывал я её в одном из пустых классов, на минимальных мощностях разумеется. Собственно, это были все события, достойные упоминания, что произошли на этой неделе. Но вот наступил Хэллоуин, а значит Том должен сделать свой ход.
Вечер. Большой зал украшен гирляндами, фонарями, чарами и тыквами, особенно тыквами. Скажу вам по секрету, я не терплю тыкву в любом виде, даже запах не переношу. Думаю, вы заодно поймете, какие эмоции я испытываю по отношению к этому празднику. Но не будем о грустном, как я и говорил, Большой зал был украшен к празднику, и прямо сейчас все ученики весело смеялись, переговаривались, показывали простенькие чары и просто веселились. Но всё заканчивается, и этот праздник не исключение, слава магии. И вот, ученики, ведомые преподавателями покинули Большой Зал, и направились по своим гостиным, точнее, попытались это сделать. Не успели мы дойти и до поворота, как послышались крики, а вся процессия мигом остановилась. Незаметно протиснувшись вперёд я увидел каноничную картину. На стене, между двух окон, огромными буквами были начертаны слова, блестящие в свете факелов: «ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА, ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!». А несчастная кошка была подвешена за хвост на скобу для факела. Активировав магическое зрение я невольно издал удивленный возглас. Кошку — прокляли! Но не это меня так удивило, а природа проклятия, явно основанная на эфире тьмы! Стихийная магия, причём использовалась первостихия. А в мире Поттерианы, это само по себе странно. Значит ли это, что Василиск способен использовать эфир тьмы? Что ж, по видимому да. Хм, а вот сама структура проклятия довольно проста. Жертва вовсе не окаменела и не застыла, как это было показано в фильме, нет. Просто в коме, проклятие буквально выпивает из неё прану и ману, коих в бедном животном и так немного. Но вот что странно, сила проклятия ничтожна. И тут возможны два варианта. Первый — Василиск своим взглядом даже кошку убить не способен, но это маловероятно. Второй — тварь способна контролировать силу своего «взгляда», а Тому, что контролирует её, мгновенная смерть не нужна. Звучит логичнее вот только на кой чёрт ему растягивать смерть кошки? Хотел внушить страх? Ну так убийство куда внушительнее и показательнее. Хм, а может дело в его сосуде — Джинни Уизли. Контролировать человека напрямую, причём оставив ему личность и сознание — не просто. Любое действие, что совершит Том, в теле Седьмой Уизли, она тоже будет воспринимать, пусть и подсознательно, а значит, в зависимости от направленности действия будет соответствующее реагировать. То есть, если Том начнёт рисовать, читать, в общем делать то, что не претит Младшей Уизли, то никакой реакции со стороны её подсознания не последует. А вот если он начнёт убивать, направо и налево или пытать, то её подсознание отреагирует очень остро, и попытается пресечь это, то есть скинуть контроль Волди. Ну а поскольку он ещё слаб, то это ему ни к чему. И поэтому кошка осталась в живых. Хм, а вот эта версия звучит гладко. Миссис Норрис ненавидела вся школа, как и её владельца. Вполне вероятно, что и Седьмой она чем то не угодила. Не так сильно что бы убить, но вот «проучить», вполне. А Том на этом и сыграл. Что ж, надо будет присмотреть за Джинни, девчонка меня конечно мало волнует, но всё же доводить до реальной угрозы её здоровью или здоровью окружающих не стоит.
Пока я размышлял об этом, события продолжали набирать обороты. Малфой-младший выкрикнул из толпы:
— Трепещите, враги наследника! Сначала кошка — следующими будут те, в чьих жилах течет нечистая кровь!
Это породило волну шепотков, что впрочем быстро затихли, когда явился Филч. Старик не сразу заметил, что его любимица пострадала, и начал говорить в своём излюбленном репертуаре: