Манчини носился вокруг стола, когда появился Бакстер, в джинсах и мятой куртке.
— Поедем!
— Куда? — Манчини с сожалением посмотрел на остывающее блюдо.
Бакстер ничего не ответил, схватил Билли за руку и потащил за собой. Официанты выбежали на порог. Манчини на ходу бросил:
— Приглядите здесь, ребята. За все заплатим. Не беспокойтесь. Пейте и ешьте от пуза.
Бакстер вывел машину из гаража, открыл ворота… Через минуту они неслись по центру города, утопающего в ночи. Манчини и не знал, что Хаймен такой лихой водитель. Обычно тот ездил медленно, с опаской поглядывая по сторонам.
Затормозили у их офиса. Бакстер выбежал, навстречу вышел охранник. Бакстер что-то прошептал тому на ухо, потрепал по плечу. Старик улыбнулся и пропустил Бакстера. Вскоре Хаймен спустился, кивнул охраннику и бросился к машине.
Манчини сидел неестественно прямо, закрыв глаза.
Бакстер замер. Неужели? Так иногда оставляют жертвы профессиональные преступники: навечно дремать, утопив голову в удобном подголовнике. Бакстер робко дотронулся до Билли. Манчини открыл глаза. Бакстер облегченно вздохнул.
— Вот, — он что-то сунул под нос Билли. Тот не рассмотрел, чуть отстранился. Увидел один из шприцев, которые он раздобыл для Бакстера.
Хаймен хлопнул дверцей. Машина понеслась. Кружили минут пять.
— Куда мы? — Манчини ослабил ремень.
Бакстер, не снимая ногу с газа, выкручивал руль так резко, что казалось, вот-вот его руки переплетутся.
Ш-ш-ш… Завизжали шины. Машина замерла. Запахло жженой резиной. Бакстер толкнул Билли: пойдем!
Манчини неохотно вылез из машины.
Прямо перед ними тускло светилась витрина небольшого магазина. Тлела вывеска: «Птицы. Рыбы. Мелкие звери».
Кулаки Бакстера замолотили по толстому стеклу. Звон! Грохот! Манчини попытался оттащить друга.
— С ума сошел!
Бакстер оттолкнул Билли и забарабанил вновь.
Шум невообразимый!
Манчини пытался хоть что-то сделать, сдержать Хаймена.
— Хозяин наверняка спит в трех кварталах отсюда. Магазин на сигнализации. Сейчас примчатся меднобляшники и покажут нам…
Бакстер на минуту замер, видно устал, повернулся к Манчини:
— Хозяин живет здесь. Я знаю. Я покупал у него попугаев. Для Салли. Сквалыга, сейчас вылезет.
В магазине вспыхнул свет. Появился заспанный тип. Сразу узнал Бакстера. Улыбнулся. Любил богатых клиентов, прощал им взбалмошность и нарушенный покой, лишь бы платили. Скрипнула дверь. Манчини услышал голос Бакстера:
— Что у вас есть из мелкой живности?
Хозяин начал перечислять. Манчини казалось, что он в сумасшедшем доме. Среди ночи вытащить человека из кровати и выпытывать у него что-то о живности. Бред. Бакстер шевелил губами, напряженно прикидывал. Манчини услышал наконец: «Двух морских свинок и поросенка. Дикий? Черт с ним! Свинок в коробку, поросенка я так возьму».
Хозяин скрылся. Через минуту вернулся. Бакстер распахнул заднюю дверцу, швырнул коробку с дырочками по бокам, снова забежал в магазин. Манчини увидел, как Хаймен зажал под мышкой отчаянно хрюкающее существо и протянул хозяину пачку замусоленных кредиток. Хозяин крякнул насчет того, как здорово получать наличными и как плохо, что все об этом подзабыли.
Бакстер что-то пробормотал на прощание. Хозяин поклонился. Для такого клиента, как мистер Бакстер, он готов хоть по три раза кряду вскакивать среди ночи.
Хаймен швырнул поросенка на заднее сиденье и снова вцепился в руль. Поросенок вопил нещадно. Манчини ничего не спрашивал. Все и так скоро разъяснится. Подъехали к дому Бакстера. Хаймен рассчитал официантов, проследил, как их машина скрылась за первым поворотом, и только тогда потащил живой товар в дом. Манчини подошел к столу, отрезал толстый кусок холодной баранины, съел, запил шампанским.
— Может, объяснишь, что все это значит?
Бакстер открыл коробку с морскими свинками, из шкафа выгреб ножницы, хотел выстричь клок белой шерсти, понял: ничего не выйдет — короткая; сбегал за бритвой, выбрил пятачок кожи, прижал шприц. Зверек несколько раз дернулся и замер. Бакстер посмотрел на Манчини.
— Я подумал, препарат не сработал, может, пустой? Ничего такого с сердцем не происходит. — Он пнул ногой тельце зверька. — Мелкота, могла подохнуть просто от страха. Сейчас займемся поросенком.
Он совсем забыл, что минуту назад выпустил поросенка, и сейчас начал гоняться за ним по комнате.
— Понимаешь, — время от времени, переводя дыхание, выкрикивал Бакстер, — я сразу подумал, что Салли может щебетать, только если препарат липовый…