Близился предвечерний час «пик», юркий «фольксваген» шустрил, пытаясь за счет обгонов ускорить свой ход, замедляемый бесконечными пробками. Ехать, впрочем, было недалеко. Вот и офис Барри Майлса, представителя американского Федерального бюро расследований. Разумеется, вывески не было на этом офисе, расположенном в небольшом особнячке, что укрыт развесистыми фрамбойанами в осыпи красных цветов. Отсутствие вывески, однако, не означало, что представительство ФБР глубоко законспирировано. Просто ни к чему зазря привлекать внимание ротозеев. А кому надо — работникам местной полиции, к примеру, — дорога сюда хорошо известна. В «округ» Майлса входила не только Доминиканская Республика, но и все островные государства Карибского бассейна: у ФБР, в отличие от ЦРУ, всего несколько миссий в Латинской Америке. Занимаются они американцами, скрывающимися в латиноамериканских странах от американского правосудия. Занимаются и местными преступниками — торговцами наркотиками, в частности, — если те в той или иной форме наносят ущерб интересам США. Есть и другие дела — всех не перечислишь.
Металлическая зеленая калитка обочь таких же ворот была, естественно, на запоре. Монтенегро нажал на кнопку. Почти тут же зажужжал еле слышный зуммер. Комиссар толкнул калитку, которая бесшумно поддалась под его рукой. Проходя через сад, небольшой, но густо заросший деревьями, он задал себе вопрос: чего, собственно, его несет к Майлсу? Анри Барнабе вроде бы подозрений не вызывает, чтобы наводить о нем справки. Так в чем же дело? Старый сыщик усмехнулся: интуиция, опять интуиция, его всегдашняя помощница, крепнувшая вместе с опытом.
Шеф офиса выкатил свое солидное брюшко на порог, встречая гостя. Американский коллега Хуана Монтенегро был низкоросл, добродушен физиономией и ясен взглядом. Меньше всего он походил на полицейского. Но, может быть, таким и должен быть зарубежный агент ФБР?
Обмен крепкими сердечными рукопожатиями и улыбками. А пройдя вместе с гостем в кабинет, Барри Майлс изобразил на лице вопрос. Оно и понятно: Майлс и Монтенегро не друзья-приятели, просто добрые знакомые, и знакомство это — на почве сотрудничества доминиканской криминальной полиции и ФБР.
— Не знаю, Барри, что заставляет меня задать вопрос, который я сейчас сформулирую. И знаю, напротив, Что вряд ли вы сможете мне на него ответить: интересующий меня человек к уголовному миру не принадлежит.
— Спрашивайте, — убрав с лица приветливость и придав ему деловитость, сказал Майлс.
— Анри Барнабе… Это имя ничего вам не говорит?
Лицо американского полицейского осталось бесстрастным, но в глазах искрой промелькнуло удивление.
— Представьте себе — говорит. Но тогда позвольте и мне задать вопрос: почему этот мистер привлек ваше внимание?
— Барнабе сейчас в Санто-Доминго… — начал комиссар.
— Знаю, — кивнул Майлс.
— Знаете? Это уже интересно.
— Да, знаю. Но об этом — после. А пока — продолжайте.
— Так вот, Барнабе — приятель одного гаитянина, жену которого вчера убили. Вместе с ее любовником-доминиканцем.
Представитель ФБР был явно разочарован.
— А… — протянул он. — Бытовая драма. Вряд ли Барнабе… — Он умолк, подумав может быть, что не слишком ловко влезать со своими суждениями в чужое расследование, детали которого ему совершенно неизвестны. А может, умолкнуть его заставили другие резоны?
— Вы сказали «вряд ли». Почему, собственно?
Майлс пожевал губами.
— Барнабе — бизнесмен, — медленно проговорил он. — И преуспевающий. О своей деловой карьере он очень печется. Он, как говорят у нас в Штатах, «селф мейд мен» — «человек, который сам себя сделал». Начинал он с нуля. Такие люди, как правило, не склонны к опрометчивым поступкам. — Он помолчал и добавил: — Во всяком случае, к опрометчивым поступкам в быту.
— А не в быту? — тут же подхватил мяч Хуан Монтенегро. Но американец не спешил с ответом. Он закурил сигарету. Вздохнул.
— Ладно, — сказал он наконец. — Так и быть, расскажу вам о Барнабе. Я ведь долгов не забываю. А я у вас в долгу за сведения… Ну те, что вы мне сообщили об Одноглазом Санчесе, этом вонючем кокаиновом бароне. Только учтите, дальше вас это не должно пойти. Компрометирующий материал на Барнабе не совсем достоверен. А мое начальство не любит, когда на людей богатых и влиятельных бросается тень.
— Как же почтенный джентльмен попал в сферу ваших профессиональных интересов, коллега?
Рассказ Барри Майлса перенес комиссара в страну, о которой он, признаться, и не слыхивал прежде. Есть такое островное государство Тонга — в южной части Тихого океана. Это — экзотическое карликовое королевство. Кудлатые пальмы, белосахарные пляжи… Красиво! Но некрасивыми делами задумала заняться великовозрастная наследная принцесса. Вознамерилась она — за солидный куш — предоставить один из подвластных ее семейству островов под захоронения токсических отходов чикагского химического концерна «Хатчинсон компани». Переговоры вел Анри Барнабе.