— Однако есть основания полагать, что вирус иммунодефицита человека попал в Европу и Америку из Африки. Неужели и это ничего не значит?
— Появление вируса и его развитие еще заставит ученых поломать голову. Вообще говоря, центральноафриканский климат очень благоприятен для развития вирусов и вообще всякого рода микроорганизмов. Плюс отсутствие должной санитарии… Никаких других причин искать, по-моему, не следует.
— Что вы можете сказать о словах господина Гишарно: «Сексуальная революция начинает убивать своих детей. СПИД поражает именно тех, кто двадцать лет назад добивался так называемой сексуальной свободы… Я сочувствую этим людям; сочтя секс и наркотики главным в жизни, они бросили вызов природе. Теперь ясно, что СПИД — это возмездие природы. Все, кто замечен в подобном поведении, должны быть немедленно отстранены от работы в медицинских и детских учреждениях, в ресторанах и кафе. Я не знаю, о чем думают врачи-либералы, которые твердят, что в бытовых условиях нельзя заразиться СПИДом, но я приветствую решение американских полицейских и пожарных действовать в резиновых перчатках и масках. Среди тех, с кем имеет дело полиция, больше всего распространителей СПИДа».
— Полагаю, вирус стал опасен для человека в результате длительной мутации. Но, кстати говоря, процесс мутации неостановим, и он может вновь сделать вирус безвредным. Возможно, гомосексуалисты помогли вирусу адаптироваться к человеческому организму… Но, уверен, этот вирус в конечном итоге обошелся бы и без их помощи. Так что возлагать на кого-то вину… Какой в этом смысл? Значительно опаснее, на мой взгляд, ситуация с наркоманами. По моим подсчетам, заражение половым путем происходит в одном случае из ста. При пользовании чужим шприцем заражение стопроцентно.
— И что же делать с ними?
— Ну уж во всяком случае не сажать в тюрьму. Это бессмысленно, они окончательно уйдут в подполье, спрячутся от людских глаз, и там заражение пойдет быстрее. Нужно позаботиться о том, чтобы в их распоряжении всегда были одноразовые шприцы, чтобы они могли легко их приобрести, не привлекая ничьего внимания. Это в интересах общества.
— Пусть процветает наркомания?
— Наркоманов надо лечить, а бороться — с торговлей наркотиками. Репрессии по отношению к наркоманам, как и к гомосексуалистам, приведут только к более широкому распространению СПИДа… И, простите, я не сказал относительно опасности заражения в бытовых условиях. По моему глубокому убеждению, больные СПИДом не представляют опасности для окружающих. Пожимать руку, вместе обедать или ходить в кино, даже пить из стакана больного — риска во всем этом нет ни малейшего. Думаю, господин Гишарно в плену излишне эмоционального подхода. Его забота о здоровье народа понятна, но следует помнить и об опасности истерии, которая может охватить людей. Следует быть корректным в высказываниях.
— Доктор Меккель, а что вы думаете о предложении изолировать больных СПИДом?
— Честно говоря, это вопрос тоже несколько не по адресу. Врачи занимаются другими проблемами. Я, пожалуй, не приветствовал бы такое решение. Боюсь, общество будет охвачено истерией… Все начнут выявлять больных, охотиться за ними, подозревать друг друга. К чему это приведет? Человек, подозревающий, что он заражен вирусом, попросту побоится сделать анализ, чтобы не попасть в такой лагерь. Или исчезнет, будет скрываться и одновременно распространять болезнь. Я за анонимность обследования. Раскрытие врачебной тайны в принципе недопустимо.
— Разрешите, доктор, вернуться к вашей научной деятельности.
— Вопросы из этой сферы доставляют мне больше удовольствия.
— Каково действие вашего препарата, предназначенного для больных СПИДом?
— Я участвовал в лечении многих больных. Мы пытались остановить и вылечить болезни, развивавшиеся в организме человека, зараженного вирусом иммунодефицита. Несмотря на какие-то частичные успехи, эта борьба всегда заканчивалась для нас проигрышем. Болезнь либо после короткого периода ремиссии возобновлялась с новой силой, либо возникала новая болезнь. Это все равно что бегать и класть кирпичи в одном конце запруды, зная, что через минуту прорвет на другом. Ретровирус уязвим в тот момент, когда он размножается. Мы работали с мышами, специально заражая их вирусом. Опыты показали, что наш препарат останавливает размножение вируса. Мы убедились и в том, что человеческий организм способен выдерживать необходимые дозы препарата. Естественно, будут побочные эффекты, но в пределах допустимого.