Томми продолжал смотреть перед собой, мысли путались в голове, но до него быстро дошло, что лучшим и единственным выходом будет немедленно свалить. Оставить ее там. Оставить Джесси сидеть и ждать следующего клиента.
Общество Фэллоуфилд, Манчестер
– Наверное, я бы ушел. Я бы ушел в тот самый момент, не сделай этот ублюдок того, что он сделал. Этот кусок дерьма поворачивается к Джесси и говорит: «Ну же, детка, тебе нужно зарабатывать на жизнь, доставай титьки». Разумеется, он сделал это, чтобы поиздеваться надо мной. Мучители коварны. Они знают, как повернуть нож, и этот парень просто развлекался за мой счет. Он знал, что я ее хочу и не могу позволить. Клиенты то и дело влюбляются в проституток, каждый сутенер знает это, и этот ублюдок хотел, чтобы я корчился от боли. Так что, когда я уже собрался уходить, он заставляет Джесси вытащить титьки. И она это делает. Снимает топик и остается в носках и шортах, титьки висят, глаза за тысячу миль отсюда.
В общем, с меня достаточно. Я ломлюсь вперед и хватаю ее за руку, потом поворачиваюсь и начитаю тащить ее к двери. Конечно, я и двух шагов не прошел. Или даже одного. Не думаю, что Джесси успела хотя бы приподнять задницу со своего стула. Я увидел, что ко мне приближается приклад автомата, и все. Больше ничего.
Целую неделю ничего, как оказалось. Именно столько мне понадобилось, чтобы выйти из комы, куда они меня отправили. И знаете что? Стоило мне только прийти в себя, и меня тут же арестовали за ограбление того чувака на улице.
Кабинет редактора, национальная газета
Иногда – не часто, а именно иногда – новостей бывает слишком много. Был как раз такой случай. Редактор и его команда уже четыре раза переделали передовицу выпуска на понедельник.
Первая версия касалась Томми Хансена: воскресный выпуск издания-конкурента поставил на уши всю Флит-стрит, и все, начиная от желтых газетенок и заканчивая солидными изданиями, публиковали статьи с продолжениями, в которых обсасывалась невероятная смесь наркотиков, гомосексуализма и предвзятого судейства, сгустившаяся в последнее время вокруг величайшей звезды Британии, – звезды, которая скатилась ниже некуда, что неудивительно.
Затем, около полуночи, передовицу пришлось переделывать, когда пришли новости об убийстве даже не одного, а целых двух старших офицеров отдела по борьбе с наркотиками. Первого нашли застреленным в угнанной машине в Центральном Лондоне, а второго – в номере проститутки в Сохо. В обоих убийствах подозревали банды иммигрантов, и Скотленд-Ярд уже превозносил двух новых мучеников-полицейских, павших в войне против наркотиков. Дебаты по поводу наркотиков никогда еще не бушевали столь яростно, и шансы на прорыв законопроекта Педжета еще никогда не были столь радужными.
Затем пришла третья новость. Питер Педжет, новый национальный герой, наконец смог вздохнуть спокойно после ужасной истории с уколом. Новость о его окончательных анализах определенно должна была разделить первую полосу с историей об убитых офицерах из отдела по борьбе с наркотиками, а также со статьей в поддержку законопроекта Педжета.
Но затем выплыла на свет четвертая новость, и все наконец определилось. Все редакторы Лондона вдруг одновременно почувствовали, что попались на крючок. Публично униженная обозревательница Паула Вулбридж, все время утверждавшая, что Педжет – опасный ханжа, каким-то образом заручилась поддержкой роскошной девушки, которая готова была поклясться, что употребляла наркотики не с кем иным, как с Питером Педжетом, министром наркополитики! Семейным человеком! Человеком, который с самого начала утверждал, что сам никогда даже не притрагивался к наркотикам. Это было действительно значительное событие, ведь в его свете всем становилось совершенно ясно, что сторонники легализации на самом деле просто хотят упростить возможность утоления своей зависимости.
Переделывая передовицу в четвертый раз, редактор решительно удалил статью в поддержку законопроекта Педжета. Если Паула Вулбридж обладает реальной информацией, придется менять позицию.
Дом Педжетов, Далстон
И снова Питер Педжет стоял со своей семьей на теперь уже известном всем пороге своего дома. На этот раз рядом с ним была его дочь Кэти.
– Как я уже объяснил премьер-министру, возмутительные обвинения в мой адрес, которые были опубликованы, являются злостной фальсификацией. Я не присутствовал на вечеринке, во время которой мисс Спенсер и двое ее друзей употребляли кокаин. Более того, меня в тот вечер даже близко с Ислингтоном не было, потому что я водил дочь в кино.