-Мне говорили, что Каластан стал советским ... и, соответственно, российским только в сорок четвёртом. А до того что было? Вы, наверное, - улыбнулся Влад, - это учили в школе!
-Да не только в школе, все мы это и сами знаем... Ты видел наши горы, ты видел наши дороги. А представь себе, что там сто лет назад было! Кроме местных, почти никто не мог попасть. Туда ни белые не заходили, ни красные. Где-то в России воевали, в Грузии... А к нам никто не лез. Знали, наверно, что на этих перевалах их могут остановить даже небольшие отряды, а защищать себя в Каластане умели... Так что, когда империи не стало, местные старейшины решили жить ... своим умом. Создали что-то типа совета. Не вмешивались в дела соседей, и почему-то коммунисты долго не лезли в наши. Возможно, считали, что ... слишком маленький кусочек, а потратить на него нужно много сил. Так и жили ... Многие и разбогатели как раз тогда. Потому что вокруг, где были коммунисты, был голод. А в Каластане его не было. Кто-то к нам проходил из тех мест, меняли на продукты золото, или у кого что было ...
-Такой себе местный Торгсин[1], - отметил Влад.
-Ну, может быть... Кажется, только во время войны вспомнили: как это можно, такая территория – и не в составе Союза? Как и Тува. И решили ... исправить это. Но у нас не было больших репрессий. Между прочим, чеченцы тоже тогда у нас поселились. Те, кто бежали от депортации, у нас легко было спрятаться, потому что у людей еще советских паспортов не было ...
-Интересная история. Как ты думаешь, Сталин знал о Каластане? Должен был знать, он же был грузин, а Грузия - рядом ...
-Думаю, не занимался такими … мелочами. До поры до времени ... А потом у нас много чего было. Хасанийцы организовывали артели, шубы шили, еще много чего... Так и до перестройки дожили.
-Вот тут и пригодилось золото, тогда накопленное, да? - догадался Влад. - Как начальный капитал ...
-И это тоже. А главное - у нас остались люди, которые еще помнили, как это - собственное дело иметь... - Марьям почему-то покачала головой. - Мы на одно поколение меньше во всем этом были, и меньше пострадали. Вот так ...
-Теперь много чего понимаю ... - протянул Влад. И действительно, недаром у него было впечатление, что это место - будто и не совсем Россия, в которой он хотя и не жил, но много километров по ее дорогам проехал. Он вспомнил, как в детстве, при Союзе, они с родителями поехали на «Волге» в Прибалтику. До сих пор он помнил свои впечатления: будто попал в совершенно другую страну. Гораздо позже он понял, почему так: эти республики были под властью коммунистов на двадцать лет меньше. На одно поколение. И вернуться в Европу им было легче - потому что в девяностые там еще жили люди, которые помнили, как это - жить без коммунистов у власти, без дефицита всего, но с возможностью иметь собственное дело, работать на себя ... Вот и Каластан был чем-то таким же, - но в пределах Кавказа. Как только они выживали, будучи окруженными советской территорией? Как смогли избежать депортации и всех других злоключений эпохи? Как бы там ни было, а каластанцы вообще, и хасанийцы в частности, смогли не только обеспечить процветание, насколько это возможно было в России, но и сохранить себя. И это было второй стороной медали их, странных и диких для постороннего, обычаев. Надо было многое обдумать ...
На следующий день нужно было заниматься делами. Это Марьям, у которой оставались еще несколько дней отпуска, могла отдохнуть. Хотя даже ей было нужно восстановить банковские карточки, вместо сгоревших в костре. Влад такого отдыха позволить себе не мог. Утром он начал кому-то звонить и назначать встречи.
-А чем ты занимаешься? - поинтересовалась Марьям. - Ты не рассказывал ... Ты юрист?
-Почему ты так подумала?
-Когда ты расспрашивал, где я работаю ... Я сказала, что в суде, помощником судьи. А ты спросил: «А у кого?». «Не у какого судьи?», А именно «у кого?». Так говорят адвокаты ...
-А я думал, профессиональная деформация зашла так далеко, что даже со стороны видно! - Влад только рассмеялся. - А оказывается, ты просто наблюдательная. Только я уже не работаю. Меня лишили адвокатского свидетельства. Не захотел сдать клиента, а другая сторона имела какие-то «концы» в нашей дисциплинарке[2] ... Им надо было выкинуть меня из дела, но они не ограничились приостановлением, а решили пойти на лишение... Конечно, я подал иск об отмене решения, кстати, в тот самый суд, где ты работаешь. Но сама знаешь, сколько времени могут слушать дело ... - Это могло растянуться на годы. Марьям тут же спросила: