Настя, кажется, была шокирована рассказом настолько, что не могла произнести ни слова. Зато Альфия констатировала:
-Вот что значит - журналистка! Школа чувствуется. Подаешь основные факты, как и положено. Точно на телевидение надо! - Она считала, что Татьяну следует подбодрить. - А что, тех, кто ... совершил обычные преступления, там нет?
-Ну вот я же была! А вообще, зачем им для восемнадцатой обычные уголовницы? Те ... их сломать, заставить труднее, они порядки знают ... К тому же, для того ... как нас там используют, им ... свеженькие нужны, с воли, и красивые. А обычные уголовницы по обычным камерам сидят ... - Татьяне казалось, что у нее начинается шизофрения. Еще бы, сидеть в столовой базы отдыха в горах и обсуждать такие вещи! Бред какой-то. Но этот чай с пирожным, кажется, реальны! А Настя, казалось, немного пришла в себя и перевела разговор на будущую работу и на то, как в Чарахкале дешево снять квартиру. Альфия достала смартфон и стала незаметно, под столом, что-то набирать.
Искандер получил данные пленниц восемнадцатой камеры и сразу переслал их Владу. Чудеса современных средств связи! Тот сразу отправил данные о трех женщинах Дмитрию Ратникову с просьбой проверить их уголовные дела. А потом набрал номер Виктора Полынного.
-Это Влад Бурсак. Помните, мы говорили о наших из восемнадцатой? Так вот, об одной данные уже есть, причем она там прямо сейчас. Записывайте ...
Продиктовал все необходимое и вернулся в кабинет в офисе «Нефтяных гор», где как раз обсуждал с программистами то, как же должно работать мобильное приложение для клиентов, которые выбирают мастера по ремонту или тех, кто может за плату выполнить домашнюю работу...
Марьям выехала из гаража и нажала кнопку, чтобы дистанционно закрыть ворота. У нее сегодня было много дел, и откладывать их было нельзя. К тому же, подумала она, Влад считает, что прямо сейчас опасность невелика. А она сочетает полезное с приятным. - с ездой на «Мазерати».
Наконец, она завершила увольнение из суда, и теперь трудовая книжка лежала в сумочке. Той самой, «Валентино», которую вернули после закрытия дела, и которая ей нравилась, несмотря ни на что. Она зашла попрощаться, - судья, с которой Марьям работала, сказала, что сожалеет, но ее понимает. А потом забежала к едва ли не единственной подруге здесь, - та как раз имела десять свободных минут, чтобы перекинуться парой слов. Конечно, общаться можно было и вне суда, и они договорились не терять связи. И была еще одна тема для разговора...
Затем она поехала в городское следственное управление. Там встретилась с Григорием Михайловичем, и они пошли на допрос к следователю, - уже не Канису, а новому, по делу о заведомо ложном доносе, где Марьям была признана потерпевшей. Хотя, казалось бы, что нового она может сообщить?
Оказалось, что больше хочет пообщаться как раз следователь.
-Ваша заявительница, оказывается, - еще та штучка. На нее несколько заявлений за мошенничество, причем одно из них было как раз в производстве Каниса.
-Чем же она занималась? - спросил Фертель. Марьям отметила, как сформулировал вопрос опытный адвокат: как если бы говорил об обычном бизнес. «Чем она занимается? Производством бумажных упаковок?». Что-то такое. С чем он только не сталкивался в своей работе ... А следователь ответил:
-Квартирами. У пенсионеров, алкашей ... Конечно, она не одна, но кое-где «засветилась» со своими документами. Мы, вообще, когда это выяснилось, хотели, если такая оказия, всю эту группу раскрутить. Но она что-то, видимо, заподозрила, особенно, когда уволили Каниса. И сбежала.
-А куда? - поинтересовался адвокат.
-В Россию, скорее всего. У нее сестра в Занайске, - сказал следователь. А Марьям важнее было другое:
-Каниса уволили?
-Уволили. Даже переводить не стали. - Этот новый следователь, кажется, испытывал к ней симпатию. - Я еще и потому вас пригласил, чтобы рассказать, что она сбежала ... Соответственно, мы ее в розыск объявляем, в Россию документы на экстрадицию подаем, но - сами понимаете ... Пока дело наше приостанавливаем, в связи с розыском . Это я вам рассказываю, чтобы вы пока жалобы на несоблюдение сроков ни писали ...