- Да Лерке звоню, - после этого Шевченко наверняка дёрнул плечом деловито, - о, знаю. Лер, ты на громкой связи будешь!
- З-зачем? - в смысле? Как? То есть меня будет и Соболев слышать?
Всегда нервничала перед такими вещами. Во-первых, голос ужасно звучит, как ни делай его глубоким и таинственным. Во-вторых, я с Соболевым никогда не говорила по телефону. К мысли, что с ним вообще могу общаться, ещё не привыкла. А тут такая подстава.
Это меня взволновало. Я схватила книгу по французскому на первой попавшейся странице и попыталась как-то успокоить шальные надпочечники в выработке адреналина.
- Всё, Лер, ты на громкой, - с эхом заявил громко Макс. - Можешь поздороваться с Соболем в сознании.
- Рада, что ты в порядке, - когда нервишки шалят, а голос готов сломаться, меня всегда спасало дыхание животом. Раз пять, и ты уже более-менее адекватный.
- Спасибо, - его голос по громкой связи звучал, точно на какой-то арене. Успокаиваться быстро не получалось, но и попыток бросать не стала. Мне нужно говорить нормально, чтобы никто не понял, как на самом деле я волнуюсь, когда говорю по телефону с новыми людьми. - Ты меня выручила.
- Она твоё лицо спасла от протирания полов, - хохотнул Макс, за что, судя по всему, получил снова полотенцем. - Лер, так ты готовишься ко дню рождения там?
- Да нет, - я сморгнула какое-то напряжение в теле и переключилась на Шевченко.
- Помнишь, о чём говорил тебе у машины? - в голосе проступил хитрый лис. - Эта затея мне кажется всё более соблазнительной.
Смех Шевченко, который наверняка сидел близко к телефону, чуть не заложил мне уши. У громкой связи свои недостатки.
- Продавать людей в рабство – незаконно, Макс, - усмехаюсь, всё ещё не рискуя поднести телефон к уху.
- Я бы посмотрел на твоего раба, - Шевченко заливается хохотом. - Знаешь, интересно, какие у тебя отклонения.
Соболев одёргивал Макса. Я смеялась и краснела. В общем, первый групповой разговор прошёл очень неплохо, учитывая, что за один день случилось падение моё, падение Полины и падение Соболева.
Несмотря на царапины на ладонях и синяки на ногах, утро моего дня Рождения было шикарным. Родители разбудили, внесли тортик, цветы, говорили самые лучшие слова и создавали то, что я любила больше всего –
нашу семейную тёплую атмосферу.
Этого не купить за деньги. Не создать с полоборота. Это формируется годами вниманием и заботой. То, что родители показали на своём примере, является вторым лучшим подарком для меня после данной жизни –
пример семьи.
В этот день меня всегда постигают философские размышления о том, кто я, почему я, почему сейчас и почему у таких людей. Интересно думать, как с точки зрения Вселенной идёт распределение. Я слишком люблю родителей, чтобы пренебрегать такими мыслями, потому что благодаря им есть ощущение, что всё действительно по-настоящему, даже если кажется сказочным.
Утренний праздничный завтрак с моими любимыми отбивными, потом пустеющая маршрутка по пути в универ, потом Анька нагнала на остановке, и вот, слушая её пламенные речи о том, что я за подруга, какой необычный человек, какая я искренняя, прямолинейная и целеустремлённая, мне кажется, что день просто не может быть плохим.
Ведь сегодня всё будет по-моему.
Математика проходит ярко, незабываемо, потому что Валик тоже решает поздравить. Тщательным опросом. Шучу, конечно. Наоборот, пока остальные отдувались, я почивала на лаврах и в уме себе отвечала на его вопросы, записывая в блокнотик памяти, в каких разделах плаваю. Ребята с группы поздравляют, интересуются мной и выглядят счастливыми. То ли лёгкий снегопад с солнцем на них так воздействует, то ли ощущение завтрашнего выходного. Разумеется, отдыхать особо не получится – тестирование мешает этому, но лучше, чем постоянно ездить и что-то кому-то рассказывать, будто солдатик.
Макс набрал меня в пути и спросил, почему я не в лицее.
- Потому что у нас математика в универе, - язвлю с улыбкой. Редко когда удаётся с ним поскалозубить или острить – он слишком хорошо ко мне относится.
- Тогда топай живее. Я тебе подарок привёз.
Смех Шевченко меня как-то обескураживает. Он что, реально привёз ко мне Соболева? Да ну, что за чушь? Хотя услуга “раб на день” в исполнении этого гордеца мне невероятно польстила бы.