- Только не злись, - усмехнулась смело, - но обычно эти ваши мужские заморочки ничуть не сложнее заморочек десятилетних мальчишек.
Адреналин ударил в кровь, и я не постеснялась ляпнуть такое ему в лицо. Но он снова не ругал меня, позволил грубости быть и закончить разговор.
- Идём, - поднимая меня за руку, словно всегда так делал, говорит миролюбиво наставник.
В аудитории нас снаряжали советами, упаковывали, словно презент для остальных команд турнира, формировали победный клич и ковали волю. Короче, похоже на подготовку армии к бою. Собственно говоря, так это и было.
- Да, вот ещё, - в конце спохватился Соболев, осмотрев каждого, - можете звонить мне, если что.
- В любое время суток? - ухмыльнулся Денис.
- В любое, - кивнул и подарил ответный охотничий оскал, - но вот сон не рекомендую прерывать.
Мы вышли в холодную мартовскую промозглость толпой: командная пятёрка и тройка наставников. Под смех, упрёки и насмешки мы провели старших до машин и смотрели им вслед.
Теперь – наш черёд. Всё зависит от нас.
021
Мы стояли на вокзале дружной толпой детей и дружной толпой родителей. Я мысленно перечисляла все вещи, без которых ехать на турнир бессмысленно: черновики докладов, все конспекты, заметки, тетради дат, пособия и диктофон Макса с аудиозаписями полезных лекций. На всякий случай. Документы, телефон, одежда по дресс-коду, деньги, обувь. Мама не переставала наставлять меня быть ответственной, внимательной и вести себя хорошо. То же самое делал каждый родитель, поэтому мы все выглядели немного смущёнными.
С нами ехала Елена Сергеевна как куратор и старший сопровождающий. Под её пристальным пуританским взглядом разгула не случится, и мы даже были опечалены этим фактом. Но у нас стояла другая задача: привезти первое место. Сколько в нас вложили, столько мы и должны вернуть. Даже с процентами. Поэтому нервы начинали сдавать после третьего повторения из уст родителей о том, какими нам надо быть. Можно подумать, мы и сами не знаем!
Мама спокойно общалась с мамой Артёма по старой памяти. Они в молодости приятельствовали, неплохо знали друг друга и даже лежали в одной палате в роддоме. Только вот Артём появился раньше, а мне ещё нужно было пару недель. Барышни же любят опаздывать, не правда ли? Таким образом, с Меркуловым я познакомилась ещё до рождения. Кто ж знал, что он так вымахает и станет смекалистым красавцем?
Не знаю, что меня больше в нём подкупило. История с роддомом, его отношения с одной из моих подруг с танцев классе в восьмом или наше общение в сети как раз в этом временном периоде. Мы тогда не были лично знакомы, хотя общих знакомых набралось бы на большой автобус. Артём казался учтивым и смешным – а что ещё нужно в переписке? Когда увидела его вживую, поняла, почему девчонки по нему сохли. Высокий, плечистый, голубоглазый. И улыбка такая искренняя, с искоркой. Сообразительная, обаятельная зараза. В свои восемнадцать он больше возмужал, но не утерял свойственного ему задорного огонька. Понятно, почему в стеснённых условиях поездки Тонька влюбилась в него. Теперь я с ним оказалась в стеснённых условиях поездки. Не случится ли то же самое дважды?
Я бросила сосредоточенный взгляд на Артёма, который спокойно общался со своей мамой. Она у него красивая, приятная женщина. А вот отец поднялся в 90-х, не помню за счёт чего, но нетрудно догадаться. Поэтому моя мама перестала общаться с Ликой и говорила быть осторожнее с Артёмом. Сейчас, ясное дело, не те времена, но какая-то стычка с нашими родственниками у Меркуловых была. Детали покрыты мраком, а мне не хочется в этом копаться. Я и Артём – просто дети своих родителей, и мы за них не в ответе. Мы не обязаны замаливать их грехи или относиться предвзято. Мы пишем свою историю, даже если знаем прошлое.
По крайней мере, я так считала, поэтому Артёма никогда не боялась. Но эта история и не похожа на отголосок “Ромео и Джульетты”, и дело даже не в том, что Ромео не испытывает ответных чувств. Наши семьи не враждуют, любовь не под запретом, а на дворе не шестнадцатый век. Ко-нец.
После литра слёз, пожеланий “удачи” и лёгкого ответного мандража наша команда во главе с Еленой разместились в вагоне и оставили на перроне родителей, месяцы подготовки и родную землю. Пора было сунуться в тыл врага.
Я усмехнулась своим мыслям и полезла на вторую полку купе. Голова кишела разными червями, но, прежде всего, нужно было успокоиться. До Ужгорода ехать и ехать. До турнира тоже время есть. Ни к чему накручивать себя и демонстрировать обеспокоенность другим. Анька тоже может распереживаться, если увидит моё хмурое бледное лицо.