– Типа того, – усмехнулся Макс в ответ. – Так запомнила?
– Да, – киваю, откидываясь полностью в кресле и утыкаясь взглядом в белый потолок. – Хорошо у вас, уютная компания. Вы все дружные, несмотря на то, что разные по образованию и в жизни не сильно связаны.
– Есть такое, – не стал отрицать. – Да и образование не важно для компании. Хотя, конечно, эти придурки так бесят порой.
Он усмехнулся, опустошая бокал до дна, словно затыкая себе рот, чтобы не сболтнуть лишнего.
– Спасибо тебе, – я смотрела на Макса и понимала, что не могу как-то по-особенному выразить свои чувства к нему, потому что такой заботы не испытывала раньше. Он как старший брат, которого у меня никогда не было, и я боюсь как-то поставить наши взаимоотношения превратно.
– У меня сестра такая же, – в ответ произносит Макс, откидываясь в кресле и ставя бокал на твёрдую поверхность пола. – Только уже испорченная родителями. Никак из неё человека нормального не выходит сделать. Сколько ни старался.
Он глянул на пустой бокал разочарованно, и я протянула ему свой.
– Может, ты слишком сильно стараешься? – он взял бокал и сделал глоток. – Или то, что кажется тебе ненормальным, кажется лишь с твоей позиции?
– Всё может быть, – он поставил пустой бокал к своему на пол, а я в этот момент зевнула. – Хочешь домой? Ты хоть родителей предупредила?
– Да, не волнуйся. Мы с Аней поедем, но она пока веселится.
– Хорошо. Скажи мне, как захочешь уйти, я вызову такси, – Макс встал на ноги и захватил бокалы.
– Дорого же будет, – снизу-вверх заметила.
– Это уже мои заботы, Лерик, – он кивнул, мол, это не обсуждается. – Будешь тут или пойдёшь внутрь? Куряги должны были вернуться, так что будем в “элиас” играть.
Мне показалось странным, что я появлюсь в комнате вместе с Максом, поэтому решила остаться тут немного. Вид с балкона красивый, а рассвет, должно быть, просто фантастический. У него как раз восточные окна. Тем более я хотела ещё полежать немного, греясь у батареи. И ещё думала сделать фотку этого вида, повтыкать в телефон и вообще расслабить голову. Может, маме позвоню, чтобы не переживала.
Макс ушёл, и через открытую дверь я слышала гомон голосов. Они погасли вместе со щелчком вакуума стеклопакета, но веселье удвоится с появлением Шевченко. Иногда мне хочется в общем шуме побыть одной и запечатлеть эти моменты, разобрать всё, что чувствую, запомнить мгновение здесь и сейчас. Я лежала, прикрыв глаза, и думала о том, что моя мечта сбылась. Маленькое желание, побыть в этой компании, исполнилось. Обстоятельства меня тоже устраивали, а наличие команды вовсе не пугало. Признаться, я даже забыла о том, что нахожусь с Артёмом в такой неформальной обстановке, а меня он совершенно не волнует. Даже после того, что он сказал.
Похоже, прошло моё забвение и эти дурацкие знаки судьбы уже не так важны. Теперь нужно разобраться, почему меня всё ещё держит Соболев. Вернее, я его.
Мне не нужно вспоминать всё, что было. Я ведь решила, что пути разойдутся, едва мы приедем после турнира. Так что, можно сказать, это жирная точка. Этот квартирник – конечная станция. Мне немного грустно, что человек уйдёт из моей жизни, но больше радостно, что эти переживания наконец разовьются. Надоело себя шпынять из огня в холодную воду, надоело ловить странные реакции и читать непонятное поведение. Пожалуй, проще вообще перестать что-либо делать и сосредоточиться только на своём.
По иронии судьбы жизнь сразу подкидывает нам испытания прошлым, едва мы принимаем решения что-либо бросить.
– Много выпила? – он показался в дверях, и я смотрела на него, запрокинув голову вверх. Большие ноздри с такого ракурса очень веселили, так что я едва сдержалась.
– Нет, – мотаю головой, – просто лежу. Тут тепло и вид красивый.
На это он ничего не ответил, а просто прошёл на балкон, прикрывая дверь. Его взгляд прошёлся по олимпийке на моих плечах, но это тоже оставил без ремарки.
– Если я тебе мешаю, могу уйти, – глядя на его профиль в три четверти сзади, говорю.
Илья стоял у самого окна, оперевшись на ограждение, и молчал. Не знаю, о чём он там думал, но никакой враждебности я не чувствовала. Возможно, мои рецепторы притуплял алкоголь. Соболев расстегнул пуговицы на манжетах рубашки.